Марина опустила взгляд на собственные ладони. На безымянном пальце правой руки матово блеснуло простое золотое кольцо. За четверть века оно стало сидеть свободнее: пальцы будто высохли от бесконечной работы, тревог и вечного напряжения.
Сколько раз она вытаскивала Алексея из финансовых провалов? Сколько ночей просиживала над чужими отчетами, брала дополнительные заказы, сводила балансы для посторонних фирм, лишь бы закрыть кредиты, в которые он влезал ради очередной «гениальной идеи»? В памяти всплыло, как пять лет назад он без ее ведома заложил их машину, решив вложиться в мутную схему, обещавшую быстрый доход. Автомобиль тогда удалось вернуть почти чудом. Два года Марина выплачивала тот долг, отказывая себе во всем, что только можно было урезать. А Алексей лишь виновато разводил руками и повторял, что хотел обеспечить семье лучшее будущее.
Она снова посмотрела на кольцо. Круг действительно замкнулся.
Марина неторопливо сняла золотой ободок с пальца. Металл сошел легко, почти без сопротивления, словно давно ждал именно этой минуты.
В зале по-прежнему гремели аплодисменты. Алексей отстранился от Оксаны и, сияя довольной улыбкой, повернулся к жене, явно ожидая, что она сейчас поддержит его красивый жест. Ведущий уже услужливо тянул к ней второй микрофон.
Марина приняла его и поднялась из-за стола.
Скрип отодвинутого стула растворился в общем шуме, но стоило ей заговорить, как гости один за другим замолкли. Через несколько секунд в помещении стало так тихо, будто кто-то выключил весь праздник разом.
— Алексей умеет говорить красиво, — произнесла Марина. Ее голос из динамиков прозвучал ровно, ясно, без малейшей дрожи. — Прямо настоящий оратор. И, конечно, настоящий кормилец семьи.
Она выдержала короткую паузу. Алексей самодовольно улыбнулся, принимая слова за комплимент, но в его взгляде уже мелькнула настороженность. Слишком холодно звучал этот голос. Слишком спокойно.
— Да, двадцать пять лет мы действительно прожили рядом, — продолжила Марина, не отводя глаз от мужа. — И раз уж сегодня такой торжественный вечер, самое время подвести некоторые итоги. Подарок получился щедрый, Алексей. Квартира на проспекте. Хороший район, свежий ремонт, удобная планировка. Оксана, вы, кажется, уже даже шторы заказали? Ирина Павловна мне об этом успела рассказать.
Оксана смутилась и кивнула, уже понимая, что в этой фразе спрятано что-то неприятное.
— Прекрасно, — Марина чуть склонила голову. — Только есть маленькая деталь, которую мой муж в приступе братской щедрости почему-то не счел нужным озвучить.
Она положила снятое кольцо на край белой фарфоровой тарелки. Звон металла о керамику оказался неожиданно резким и разошелся по залу, как щелчок.
— Эта квартира не наша, — сказала она отчетливо. — Она моя.
Тишина стала тяжелой, почти материальной. Казалось, можно было расслышать даже низкое гудение холодильников за барной стойкой.
Алексей побледнел. Улыбка медленно сползла с его лица, оставив после себя только растерянность.
— Мариночка, ну зачем ты такое при всех говоришь? — попытался он рассмеяться и сделал шаг к ней. — Мы же муж и жена. В браке все общее. Что теперь, будем квадратные метры делить?
— Мы ничего делить не будем, Алексей, — Марина отступила, не позволяя ему приблизиться. — По закону имущество, купленное на средства от продажи подаренной недвижимости, не считается совместно нажитым. Дом в селе мне подарили мои родители. Покупатель перечислял деньги на мой личный счет. С этого же счета была оплачена квартира на проспекте. Все бумаги лежат в сейфе. К этой недвижимости ты не имеешь никакого отношения.
Ирина Павловна громко ахнула и вцепилась рукой в грудь. Оксана застыла, ошеломленно переводя взгляд то на брата, то на Марину.
— Ты что сейчас несешь? — прошипел Алексей, забыв, что микрофон все еще рядом и каждое слово слышат все гости. — Ты решила меня опозорить?
— Опозорить? — Марина едва заметно усмехнулась. В ее глазах не было ни слез, ни истерики. Только огромная усталость, которую вдруг начало вытеснять странное, почти болезненное облегчение. — Позор — это обещать за спиной жены ее собственную квартиру чужим людям. Позор — это пытаться получить доверенность обманом. Позор — это изображать успешного человека перед партнерами, пока твоя жена годами закрывает твои кредиты из своей зарплаты.
Деловой партнер Алексея, тот самый мужчина, с которым он еще десять минут назад оживленно беседовал, неловко кашлянул и с преувеличенным интересом уставился на этикетку бутылки вина.
— Арендаторы в квартире на проспекте останутся там, где жили, — громко и внятно сказала Марина, теперь уже обращаясь к Оксане. — Договор аренды никто не расторгал. Ключей вы не получите. А новые шторы можете повесить у себя в старой малогабаритной квартире. Уверена, там они тоже будут выглядеть замечательно.
Оксана тяжело опустилась обратно на стул. Ее лицо покрылось неровными красными пятнами, а Ирина Павловна резко подалась вперед, уже не в силах сдерживаться.