Кира накрывала стол, аккуратно раскладывая тарелки из тонкого костяного фарфора по идеально выглаженной белой скатерти. Следом на свои места легли увесистые столовые приборы, начищенные до зеркального блеска, а посередине торжественно водрузилась нарядная супница. Внешне всё выглядело почти празднично, но внутри этого парадного великолепия пряталась настоящая кулинарная провокация.
В супнице покоились серо-бежевые макароны из самой дешёвой линейки, слипшиеся в унылый ком. В плетёной корзинке, где обычно красовались чиабатта или хрустящий багет, лежали ломти простого ватного батона, который, казалось, начинал крошиться уже от одного взгляда. Рядом стоял дорогой френч-пресс, но вместо ароматного кофе в нём плавали два одиноких чайных пакетика, лениво окрашивая кипяток в мутноватый оттенок ржавчины.
Ровно в шесть раздался звонок. Свекровь и золовка вошли почти одновременно, будто две детали одного отлаженного механизма. И обе, едва переступив порог, привычно потянули носом воздух. Этот маленький обряд повторялся при каждом визите. Елена Павловна и Наталья заранее выискивали запах запечённого мяса, дорогой рыбы или сложных соусов, чтобы ещё у двери завести любимую песню о лишних тратах и о том, что им, дескать, ничего особенного не нужно. Но сегодня в прихожей пахло только свежестью и чистотой.
— Проходите, мои дорогие, всё уже готово, — сладко протянула Кира, помогая свекрови снять пальто. — Всё горячее, только-только со стола не убежало.
Пока гостьи отправились мыть руки и тихо переговаривались между собой, Кира невольно вернулась мыслями к прежним визитам.
Ни Елена Павловна, ни Наталья нужды вовсе не знали. Свекровь сдавала просторную двухкомнатную квартиру в хорошем районе и получала вполне достойную пенсию. Наталья занимала должность главного бухгалтера в логистической фирме. Они без особых раздумий ездили отдыхать к морю в Одессу, покупали качественную обувь и спокойно обращались в платные клиники. Но стоило им появиться в квартире Киры и Антона, как обе будто мгновенно примеряли на себя невидимые лохмотья бедных сирот из старого романа.
Их постоянное «мы люди простые, нам изысков не надо» вовсе не было проявлением скромности. Это была отточенная до блеска игра. Безупречно сшитое «белое пальто», на фоне которого Кира должна была смотреться легкомысленной растратчицей, женщиной без меры, вытягивающей деньги из их бесценного Антона.
Предыдущий визит она помнила до мельчайших деталей. Именно тогда случился тот самый «мясной скандал», после которого в её уверенности в себе осталась неприятная глубокая царапина.
В тот вечер Кира решила устроить по-настоящему хороший ужин. Купила отличные стейки рибай, раздобыла свежий розмарин, приготовила непростой салат с тигровыми креветками и авокадо. У плиты она простояла почти четыре часа, проверяя прожарку, подбирая специи и стараясь угодить каждому.
Но едва тарелки оказались на столе, Елена Павловна с гримасой брезгливого сожаления ткнула вилкой сочный кусок мраморного мяса.
— Кира, ну к чему такие расходы? — в голосе свекрови зазвучала тщательно разыгранная боль за семейное благополучие. — Это же огромные деньги. Антону скоро страховку на машину продлевать, а ты так легко бюджетом разбрасываешься.
— Елена Павловна, я же хотела сделать приятное. Мы давно не собирались вместе, — осторожно ответила Кира, пытаясь погасить назревающий конфликт, хотя внутри уже поднималась горячая обида.
— Да что приятного в этих барских привычках? — тут же подхватила Наталья и демонстративно отодвинула салат с креветками к краю стола. — Мы люди неприхотливые. Нам бы гречки простой да курицы варёной. Зачем нам все эти заморские изыски? Даже есть неловко, когда представляешь, сколько всё это стоит.
Антон тогда смущённо промолчал, уткнувшись в свой стейк, а Кира весь остаток вечера сидела с тяжёлым комом в горле, чувствуя себя так, будто её уже назначили виноватой за чужие тревоги и чужие деньги.