Смотрел он прямо, без суеты, говорил ровно, будто всё было совершенно обычным делом. В электронном журнале за те даты действительно значились всего две «н», а рядом красовалась свежая четвёрка по алгебре — за домашнее задание, которое он сдал накануне. И я тогда решила: раз так, значит, тревожиться не о чем.
Потом на работе начался настоящий кошмар — закрытие квартала, бесконечные отчёты, сверки, таблицы. Домой я добиралась почти к девяти вечера, еле переставляя ноги. Заглядывала в комнату и видела: Дмитрий сидит за письменным столом, вокруг раскрытые тетради, учебники, какие-то листы. От этого мне становилось спокойнее.
В электронный журнал я больше не заходила. После целого дня перед экраном у меня просто не оставалось сил снова смотреть на цифры, строки и отметки. Я убеждала себя: ребёнок, который каждый вечер так старательно сидит над уроками, не может прятать от нас что-то по-настоящему серьёзное.
────────────────────────
— Елена, — голос мужа резко выдернул меня из этих мыслей. — Отойди, пожалуйста.
— Нет.
Слово вылетело само, раньше, чем я успела подобрать что-то мягкое и разумное. Алексей посмотрел на меня так, будто я вдруг заговорила на незнакомом ему языке. В этот момент экран телефона в его руке коротко засветился. Он опустил глаза на сообщение, и лицо у него сразу потемнело.
— Наталья Павловна пишет, что звонила тебе пятнадцатого, — произнёс он медленно, отчётливо. — И просила обратить внимание.
Я открыла рот, но в ту же секунду половник в моей руке глухо стукнул о дверной косяк.
— Да, звонила, — выдавила я. — Но речь шла всего о нескольких уроках! Я поговорила с ним, он всё объяснил.
— Он объяснил, а ты с радостью поверила, да? — Алексей положил телефон на тумбочку экраном вниз.
За моей спиной Дмитрий неловко переминался с ноги на ногу. Потом послышалось, как закрылась дверь его комнаты.
Тихо. Без хлопка.
И почему-то от этого стало ещё хуже. Лучше бы он хлопнул.
────────────────────────
Ужинали мы втроём. Полина водила ложкой по тарелке, глядела то на меня, то на Алексея и наконец спросила, почему никто не разговаривает. Алексей коротко ответил: «Устали». Телефон Дмитрия он убрал в ящик под вешалкой.
────────────────────────
Поздно ночью мы сидели на кухне и разговаривали шёпотом. Но от этого наши слова звучали не мягче, а, наоборот, злее.
— Почему ты ещё в сентябре мне ничего не сказала? — спросил Алексей.
— Потому что ты бы взорвался! — прошипела я. — Ты из-за игр ему такие сцены устраивал, а тут прогулы. Я думала, это один раз случилось. Случайно.
Алексей долго молчал. Он крутил по столу пустую чашку, словно от этого мог найти ответ.
— Я забрал у него телефон, — наконец сказал он. — Он смотрит нам в глаза и врёт, Елена. Неделями не ходит в школу. Где он всё это время шляется?
Ближе к трём ночи я вышла в коридор. Тихо выдвинула ящик, достала телефон Дмитрия и положила его на пол у двери его комнаты, просунув в щель. В тот момент мне казалось, что я возвращаю не просто вещь, а то, что у нашего сына отняли без разговора.
────────────────────────
Утром Алексей ушёл в шесть. Дмитрий в семь двадцать прошёл мимо меня с рюкзаком за плечом, бросил короткое «пока» и хлопнул входной дверью.
Я отпросилась с работы и к девяти уже стояла у школы. Наталья Павловна приняла меня в пустом кабинете. Перед ней лежала распечатка из журнала. В нескольких столбцах подряд тянулись длинные ряды букв «н».
— Меня две недели не было, ковидом свалилась, — устало сказала она. — Учительница, которая меня заменяла, только отмахивалась: мол, класс не её, своих проблем хватает. А в системе ещё и сбой случился — он почему-то числился на больничном. Поэтому никто сразу не забил тревогу.
Я слушала и чувствовала, как внутри всё холодеет.
— Охранник говорит, что по утрам у ворот Дмитрия ждёт какой-то мальчик, — продолжила она. — Постарше. В чёрной толстовке. Они встречаются и вместе уходят. Елена Сергеевна, если он попал в плохую компанию, тянуть нельзя. Это нужно решать сейчас.
Убеждать меня не требовалось. Эту чёрную толстовку я уже видела.
Выйдя из школы, я сразу набрала сына. Телефон был недоступен. Я звонила снова и снова: по дороге домой, в пустой квартире, пока мерила шагами коридор и кухню. Потом набрала Алексея.
Он ответил жёстко:
— Сиди дома и не сходи с ума раньше времени. Вечером разберёмся.
────────────────────────
В 19:10 Алексею пришло сообщение. Он прочитал его, побледнел и молча протянул мне телефон.
На экране было написано: «Ночую у Игоря. Завтра тоже. Не ищите».
— Я поеду, — сказал Алексей, уже вскакивая со стула.