— Значит, слушай, Юлия. Завтра же освобождаешь утеплённую лоджию от своих гераней. Поставим там Денису компьютерный стол: парню нужен нормальный свет и хоть какой-то воздух. Его сумки я пока в прихожей оставила, вечером с Андреем сами разберёте, куда что девать.
Я стояла у плиты и неторопливо водила деревянной ложкой по густой солянке. Ни рука не дрогнула, ни крышка не звякнула. Я не вскрикнула, не повернулась, не стала уточнять, не ослышалась ли. Только сделала пламя чуть тише.
Наталья Сергеевна, моя бесценная свекровь, уже успела отодвинуть табурет так, будто кухня принадлежала ей, и тяжело опустилась за стол. Вздохнула протяжно — именно так вздыхают женщины, уверенные, что на их плечах держится весь род.
Из прихожей не доносилось почти ничего. Андрей, мой муж, привёзший мать на нашей же машине, почему-то не торопился появляться на кухне. Он мялся у входной двери и старательно изображал занятость: шуршал курткой, звенел ключами, что-то перекладывал с места на место.
Я набрала ложкой немного солянки и попробовала. Соль была идеальная.
— Наталья Сергеевна, — сказала я спокойно, даже почти нежно, вытирая ладони кухонным полотенцем. — Объясните, пожалуйста, кто такой Денис и почему ему внезапно понадобилась моя лоджия?
— Это ещё что за вопрос? — свекровь вспыхнула с искренним возмущением и шлёпнула пухлой ладонью по столешнице. — Твой деверь! Родной брат Андрея! Юлия, не строй из себя непонятливую. Денис остался без работы, человеку нужно прийти в себя. А у вас трёхкомнатная квартира! Вы вдвоём в трёх комнатах живёте припеваючи. Вот мы с семьёй посоветовались и решили: он пока поживёт у вас.
Я медленно обернулась к ней, а потом перевела взгляд в коридор.
У стены стояли не какие-то там пару пакетов на ночь. Там высились три огромных клетчатых баула, а рядом лежало разобранное ортопедическое кресло. К спинке прозрачным скотчем был приклеен файл с накладной. Мой глаз, привыкший за годы работы с бумагами мгновенно цепляться за главное, сразу выхватил детали: адрес доставки — наша квартира. Дата заказа — вторник. Три дня назад.
Это не было просьбой пустить человека на пару недель. Это выглядело как заранее продуманное переселение.
И только после этого в кухню наконец протиснулся Андрей. Он избегал моего взгляда, чесал шею и смотрел куда угодно, только не на меня.
— Юлия, — начал он и сразу беспомощно осёкся.