В глубине души Ирина всё же надеялась: пока жильцы будут подыскивать себе новое место, Полина успеет остыть, передумает, поссорится со своим парнем или хотя бы сама поймёт, что переезд в бабушкину квартиру — не такая уж блестящая идея. Но прошло всего две недели, и дочь внезапно начала складывать вещи.
— Подожди, они ведь ещё не освободили квартиру и ключи мне не возвращали. Куда ты так торопишься? — удивилась Ирина.
— Они уже съехали. Ключи у меня. Завтра я туда перебираюсь, — спокойно объявила Полина.
Ирина на мгновение даже не нашлась, что сказать.
— То есть как это съехали? Ты их что, сама выгнала? Я вообще-то сдавала эту квартиру, я с ними договаривалась, — вспыхнула она.
— Мам, ты, кажется, забыла: квартира оформлена на меня, бабушка оставила её мне по завещанию. Значит, распоряжаться ею имею право я. Я всё уточнила.
Ирина смотрела, как дочь уверенно ходит по комнате, складывает одежду, книги, зарядки, даже постельное бельё не забыла прихватить. В ней было столько деловитости, будто она не из дома уходит, а просто выполняет давно намеченный план.
У Ирины внутри всё сжалось от обиды. Неужели так можно разговаривать с матерью? Ещё вчера Полина была её девочкой, а теперь спешила вырваться на свободу, словно дом стал для неё клеткой. Получалось: вырастила — спасибо, а дальше, мама, отойди в сторону и не мешай. Ирина никак не могла понять, откуда в дочери взялась эта резкость. Раньше Полина не была такой, ничего лишнего не требовала, не давила. Да Ирина сама старалась покупать ей всё необходимое, особенно когда с финансами стало немного легче.
Она попыталась поговорить с дочерью спокойно: просила не рубить с плеча, подумать, оценить последствия. В какой-то момент ей хотелось просто не пустить Полину за порог. Но дочь, захваченная своей долгожданной самостоятельностью, слышать ничего не желала.
— Ты вообще представляешь, на что будешь жить? Ты не работаешь. Деньги с неба не сыплются. Тебе ещё учиться надо.
— Я не одна там буду жить, — отрезала Полина. — Я взрослая, мама. Пора уже это принять. Думаешь, я не замечала, что ты тоже с мужчиной встречалась? Возвращалась поздно, вся сияла от счастья. Я видела, как он тебя на машине привозил. Я же тебе не устраивала сцен. Вот и ты мне не мешай.
Ирина тяжело выдохнула и, немного сбавив тон, спросила:
— Ты хотя бы предохраняешься?
— Это тебя не касается, — буркнула Полина.
— Хорошо. Только если потом забеременеешь и придёшь ко мне за помощью, я напомню тебе этот разговор.
— Не приду, — упрямо ответила дочь.
На этом спор иссяк. Ирина заставила себя замолчать. Она боялась наговорить лишнего, окончательно рассориться, стать для Полины врагом и потерять её доверие совсем.
На следующий день после работы Ирина открыла дверь и вошла в непривычно пустую квартиру. Тишина давила. Было больно, горько и обидно. Но даже среди этой обиды она ясно понимала: если с Полиной что-то случится, она всё равно поможет. Простит. Примет. Потому что мать иначе не может.
В выходной дочь появилась на пороге, и Ирина сначала обрадовалась, решив, что Полина соскучилась или передумала. Но та пришла вовсе не возвращаться. Ей понадобились деньги.
— Там всё старое, — начала жаловаться Полина. — Ремонт нужен срочно. Диван продавленный, на нём спать невозможно.
— У меня нет денег ни на новый диван, ни тем более на ремонт, — честно сказала Ирина.
— В смысле нет? — раздражённо вскинулась дочь. — Ты же получала плату за квартиру. За мою квартиру, между прочим. Я думала, ты эти деньги откладывала.
— Во-первых, суммы там были не такие огромные, как тебе кажется. Во-вторых, летом мы ездили к морю. Ты представляешь, сколько это стоило? Потом тебе то сапоги новые понадобились, то куртка, то поездка во Львов с друзьями. На мою зарплату мы жили вдвоём. Отец уже год как перестал платить алименты. А от дохода за квартиру ты сама отказалась. Я ведь предупреждала, что тебе одной будет трудно.
— Понятно, мам. Тогда я брошу институт и пойду работать, — с отчаянием выпалила Полина.
— Ты сейчас меня шантажируешь? — возмутилась Ирина.
— А ты что делаешь? Сама пустила жильцов в бабушкину квартиру, а они довели её до такого состояния, что там ремонт просится. Телевизор старый, стиральная машина вообще доисторическая.