— Если этот мужчина останется у тебя на ночь, тогда не жди, что я снова привезу к тебе внука!
Антон стоял в самой середине материнской гостиной, сжимая в руке телефон так крепко, будто собирался не разговаривать, а вызывать наряд полиции. Наталья Дмитриевна неторопливо опустила чашку на столик и посмотрела на сына уже без той мягкости, с которой обычно гасила его вспышки.
— Значит, не привози, — ровно сказала она. — Только потом не смей рассказывать, будто это я сама отказалась от Матвея.
— Ты себя вообще со стороны слышишь? — Антон почти задохнулся от возмущения. — Ты готова поставить какого-то мужика, которого знаешь всего четыре месяца, выше собственной семьи!
— Я никого ни на кого не меняю, — устало ответила свекровь. — Это ты почему-то решил, что в моей жизни должны существовать только ты, твоя жена и ваш ребёнок.
В проёме спальни показался Сергей. Он не произнёс ни слова и явно не собирался вмешиваться, но Антон, едва заметив его, сразу повысил голос.
— А вы что там стоите? Прячeтесь? Выходите уж, раз так уверенно чувствуете себя в чужой квартире.
— Антон, хватит, — тихо попросила я. — Сергей тебе ничего плохого не сделал.
— Конечно, ничего, — зло усмехнулся муж. — Просто въехал к моей матери и ждёт удобного момента, когда она перепишет на него жильё.
Наталья Дмитриевна поднялась с дивана медленно, будто заставляя себя не сорваться. Лицо её оставалось почти бесстрастным, но пальцы, поправлявшие пояс домашнего кардигана, заметно подрагивали.
— Уходи из моего дома, Антон. Вернёшься тогда, когда научишься говорить со мной как со взрослой женщиной, а не как с беспомощной старухой.
— Прекрасно! Только потом не звони мне, когда он оставит тебя и без квартиры, и без денег.
— Выйди сам. Не доводи до того, чтобы я попросила Сергея проводить тебя до двери.
Антон рывком схватил куртку и направился в прихожую. Уже у выхода он обернулся и бросил фразу, после которой свекровь почти два месяца не отвечала на его звонки.
— В твоём возрасте о внуке думать надо, а не собирать молодых мужиков по бассейнам.
Наталье Дмитриевне было пятьдесят шесть. Назвать её старой не повернулся бы язык даже у самого злого человека. Она ухаживала за собой, регулярно плавала, ходила на пилатес и одевалась с таким вкусом, что рядом с ней я порой ощущала себя невесткой из совершенно другой эпохи.
Отец Антона умер семь лет назад. После его смерти Наталья Дмитриевна ни с кем не начинала отношений, хотя мужчины обращали на неё внимание.
— Мам, одной тебе спокойнее, — часто твердил Антон. — Сейчас столько аферистов, особенно среди одиноких мужчин.
— Я никого и не ищу, — отвечала она. — У меня есть работа, подруги и ваш Матвей. Мне хватает.
С внуком свекровь действительно проводила много времени. Она забирала Матвея из садика, оставляла у себя на выходные и никогда не отказывала, если нам с Антоном хотелось сходить куда-то вдвоём.
К её помощи мы привыкли слишком быстро. Муж мог вечером в пятницу позвонить матери и поставить её перед фактом, что утром привезёт Матвея, даже не поинтересовавшись, не занята ли она.
— Антон, ты бы хотя бы предупреждал заранее, — говорила я. — У мамы тоже могут быть свои дела.
— Какие дела? — отмахивался он. — Она всё равно одна.
— Она работает, встречается с подругами. Это тоже планы.
— Если не сможет, скажет. Но она всегда рада внуку.
Наталья Дмитриевна и правда никогда не отказывала. Только спустя время я поняла: сын воспринимал её готовность сидеть с ребёнком не как заботу и помощь, а как нечто само собой разумеющееся. Будто у одинокой женщины после пятидесяти уже не должно быть никаких желаний, кроме роли бабушки.
С Сергеем она познакомилась на тренировках в спортивном центре. Ему было тридцать восемь лет. Он работал инженером в телекоммуникационной компании, был разведен и детей не имел.
— Представляешь, он сначала решил, что мне сорок семь, — со смехом рассказывала мне свекровь. — А когда узнал настоящий возраст, сказал, что цифра ничего не меняет.
— И правильно сказал, — улыбнулась я. — Вы отлично выглядите.
— Я сама пока не понимаю, к чему всё идёт. Но рядом с ним мне удивительно спокойно.
Сначала она поделилась этой новостью только со мной и попросила пока не говорить Антону. Но долго скрывать отношения не удалось. Однажды муж приехал к матери без предупреждения и увидел в прихожей мужские кроссовки.
— У тебя кто-то появился? Почему ты мне не сказала?
— Потому что я заранее знала, как ты отреагируешь, — спокойно ответила она. — Его зовут Сергей.
— Сколько ему лет?
— А какое это имеет значение? Тридцать восемь.
Антон даже рассмеялся, решив, что мать просто неудачно шутит. А когда понял, что она говорит совершенно серьёзно, сразу потребовал показать фотографию.
— Мам, молодой мужчина не станет встречаться с женщиной почти на двадцать лет старше просто так. Ему явно что-то от тебя нужно.
— Может, ему нужна я, — сказала Наталья Дмитриевна.
— Не говори ерунды. У тебя квартира в центре, машина и хорошие сбережения.
С того вечера у мужа будто появилось новое навязчивое дело. Он разыскал Сергея во всех социальных сетях и до глубокой ночи изучал его снимки, друзей, старые записи и комментарии.
— Вот, посмотри, — показывал он мне экран. — Пять лет назад отдыхал в Греции с какой-то женщиной.
— И что такого? Он тогда был женат.
— Она выглядит старше него.
— На фото ей примерно тридцать пять. А Сергею тогда было тридцать три.
— Значит, его всегда тянуло к женщинам постарше. Уже странно.
Антон умудрялся превращать в подозрение любую мелочь. Если Сергей выкладывал фотографии из поездок — значит, привык жить за чужой счёт. Если несколько месяцев ничего не публиковал — значит, тщательно прятал личную жизнь.
Первое знакомство состоялось у нас дома. Наталья Дмитриевна пришла вместе с Сергеем, а Антон заранее положил рядом со своей тарелкой блокнот.
— Ты серьёзно собираешься записывать его ответы? — спросила я, не веря своим глазам.
— Потом проверю, не путается ли он в показаниях.
— Он не подсудимый. Убери блокнот, пока мама его не заметила.
Муж спрятал блокнот в ящик, но от своего намерения не отказался. Вопросы он начал задавать почти сразу. Сергей держался спокойно и в первые минуты, кажется, принимал это за обычное любопытство.
— Кем вы работаете? Компания большая?
— Руководителем инженерной группы. Компания крупная, работает по всей Украине, но мой отдел небольшой.
— А зарплата у вас какая? Хотя бы приблизительно.
— Антон, — резко одёрнула сына Наталья Дмитриевна. — Тебе зачем это знать?
— Я просто хочу понимать, на что человек живёт. Нормальный вопрос.
Сергей назвал примерный доход. Антон кивнул, но тут же зацепился за другое: почему при такой зарплате он снимает жильё.
— Моя квартира сейчас занята, — объяснил Сергей. — Там живёт сестра с дочерью.
— Бесплатно? Очень удобная история.
— У сестры тяжёлый развод. Мне проще снять жильё, чем выгонять её с ребёнком.
— А почему квартира оформлена на вас, если живёт в ней сестра?
Сергей отложил вилку и посмотрел на Наталью Дмитриевну. Та побледнела от злости, но Антон уже вошёл во вкус и останавливаться не собирался.
— До моей мамы у вас были отношения с женщинами старше вас? Совместное имущество с кем-нибудь оформляли?
— Антон, прекрати, — голос свекрови стал холодным. — Ты пригласил нас на ужин или решил устроить Сергею допрос?
— Мам, если человеку нечего скрывать, он спокойно отвечает.
— Я уже спокойно ответил на десяток вопросов, — сказал Сергей. — Но обсуждать с вами бывшую жену и свои имущественные дела я не намерен.
— Значит, всё-таки есть что скрывать, — мрачно заключил Антон.
После того ужина Наталья Дмитриевна ушла от нас расстроенной и обиженной. Уже в машине Сергей впервые сказал ей, что больше не хочет приходить к нам в гости.
Антон воспринял это как собственную победу. Он заявил, что честному человеку нечего избегать семьи женщины, которую он якобы любит.
— Ты весь вечер его унижал, — сказала я мужу. — После такого любой нормальный человек отказался бы снова переступать наш порог.
Антон только упрямо сжал губы, уверенный, что его подозрения становятся всё более обоснованными.