— Без подписи к ужину не приступаем, вопрос серьёзный, — добавила она, словно уже всё за меня решила.
Я не стала спорить. Просто отодвинула в сторону контейнер, от которого тянуло чесноком, и на освободившееся место с тяжёлым хлопком положила свою пухлую красную папку.
— Разумеется, — почти бодро сказала я. — Только для начала покажу и свою маленькую формальность.
Я раскрыла папку и развернула к ним первые листы.
— Тут у меня тоже любопытные подсчёты. Квитанции, договоры, банковские переводы.
Вот платежи по ипотеке, которые годами списывались с моей карты, пока ты, Роман, вкладывал в наш семейный бюджет в основном усталость, мечты и рассказы о том, как ищешь себя.
А это мой целевой кредит на ремонт. Здесь — чеки за материалы, тут — переводы мастерам. И отдельно, чтобы ничего не потерялось, указана цена того самого набора кастрюль, который вы нам так торжественно вручили.
— Что это за цирк? — сладость с лица свекрови исчезла мгновенно, будто дешёвая позолота облезла с дверной ручки. — Мы тут семейное дело обсуждаем!
— Вот именно, — спокойно кивнула я. — Раз вы решили делить имущество, значит, делить будем правильно. По закону.
Я подаю на развод. Квартира приобреталась в браке, поэтому делится поровну. Но расходы на ремонт мы вынесем отдельным вопросом. Юрист уже изучил договоры, чеки и переводы рабочим. Деньги вложены в общее жильё, следовательно, половину этой суммы я буду взыскивать. Не словами, Роман. Документами.
Телефон Галины Сергеевны снова коротко пискнул. На экране высветилось: «Ирина». Она бросила взгляд на мою папку и впервые за вечер не потянулась отвечать.
— Я вообще мужчина в этом доме или нет?! — выдавил Роман, пытаясь звучать грозно, но голос предательски сорвался почти на визг.
— Мужчина в доме сначала закрывает платежи, а уже потом раздаёт доли, — отрезала я. — Если делать наоборот, это не глава семьи, а экскурсовод по чужой собственности.
Галина Сергеевна резко выпрямилась. По её лицу расползлись багровые пятна.
— Я всю жизнь сына тянула, — произнесла она уже без прежней улыбки. — А теперь что выходит? Всё у тебя: квартира, зарплата, решения. Женщина не должна быть такой самостоятельной. От этого мужчины портятся.
— Значит, вам нужна не доля от долгов, а кусок моего спокойствия? — я чуть приподняла бровь. — Кастрюли тоже в Государственный реестр прав на недвижимость понесём?
Она сжала губы, схватила свой паспорт и молча вышла в коридор.
Планы удобно строить шёпотом, но документы умеют отвечать так громко, что от их голоса закладывает уши.