— Тетя Юлия, ну сходите куда-нибудь, в торговый центр, например. Погуляйте часа три. У меня Денис в гостях, нам сейчас совсем не до вас. И да, замки я поменяла. Старый постоянно клинил, я мастера вызвала. Завтра сделаю вам копию ключа, если не вылетит из головы, — беззаботно прозвучал из-за запертой металлической двери голос племянницы.
Юлия застыла на лестничной площадке, так и не сумев вытащить ключ из замочной скважины. Он упирался в новую, блестящую личинку, чужую и неподатливую, и никак не хотел проворачиваться. Тяжелые пакеты с продуктами резали ладони, после длинного рабочего дня ломило поясницу, а в висках уже начинала стучать глухая, неприятная боль.
— Полина, сейчас же открой дверь, — Юлия изо всех сил попыталась говорить ровно, хотя в голосе уже слышалась дрожь от нарастающей злости. — Я устала, у меня ноги отваливаются, и я хочу попасть в свою квартиру. Открывай, будем разбираться немедленно.
— Я же вам нормально сказала: я не одета, и Денис здесь, — с раздражением отозвалась племянница изнутри, демонстративно цокнув языком. — Вам трудно в кафе посидеть? Вы же сами постоянно жалуетесь, что никуда не выбираетесь. Вот и развейтесь. Всё, я пошла, у меня фильм на паузе.
За дверью послышались удаляющиеся шаги, мягкое шлепанье тапочек по ламинату, а потом квартира погрузилась в тишину. Юлия медленно прислонилась спиной к холодной бетонной стене подъезда и поставила пакеты на пол. Внутри у нее будто оборвалось что-то туго натянутое. То терпение, которое она последние недели старательно в себе удерживала, рассыпалось окончательно, уступив место ледяному, ясному гневу.
Она достала телефон, открыла браузер и быстро набрала запрос о срочном вскрытии замков. Выбрав первую попавшуюся службу, Юлия назвала диспетчеру адрес, подтвердила, что является единственной владелицей квартиры и документы на жилье у нее при себе. После этого оставалось только ждать мастера.
Пока диспетчер подыскивал свободного специалиста, Юлия закрыла глаза и почувствовала, как от возмущения ей буквально перехватывает дыхание. Ведь племянница приехала «всего на недельку». А прошел месяц — и она уже самовольно сменила замки, будто квартира принадлежала ей. Хотя начиналось всё с обычной родственной просьбы, такой знакомой и предсказуемой, что Юлия тогда даже не сразу заподозрила подвох.
Месяц назад ей позвонила старшая сестра Наталья. Голос у нее был мягкий, жалобный, почти сахарный — именно так Наталья разговаривала каждый раз, когда ей требовалась помощь. Она чуть ли не со слезами просила приютить Полину на несколько дней. Девушка переводилась в другой институт, в общежитии неожиданно начался капитальный ремонт, а аренда жилья в городе резко подорожала.
Юлия, привыкшая рассчитывать только на себя, сперва засомневалась. Свою просторную двухкомнатную квартиру она давно выкупила полностью, годами выплачивая кредит, и особенно дорожила спокойствием, тишиной и выстроенным до мелочей бытом. После тяжелого развода порядок в доме стал для нее не просто привычкой, а способом держаться на ногах. Ей было важно, чтобы каждая вещь лежала на своем месте, чтобы вечером можно было прийти, закрыть дверь и наконец выдохнуть.
Но родня есть родня. Наталья давила на жалость, повторяла, что речь идет буквально о нескольких днях, максимум о неделе. Юлия уступила. Тогда ей показалось, что ничего страшного не случится: племянница взрослая, поживет немного, решит свои вопросы и съедет.
На следующий же день Полина появилась на пороге с тремя огромными чемоданами, словно собиралась поселиться надолго, если не навсегда. И уже с первых дней уютная, спокойная квартира Юлии начала стремительно терять тот порядок, который хозяйка так долго создавала.