– Юлия, скажи маме, пусть достанет свои знаменитые огурцы. К такому мясу магазинные соленья вообще не годятся!
Голос Руслана, громкий и самоуверенный, прокатился по всему дачному участку и даже заглушил шелест ветра в старых яблоневых кронах. Галина Сергеевна как раз стояла возле летнего крана, держа в руках тяжелую лейку. Она не сразу разогнулась: поясницу привычно потянуло глухой болью. Женщина медленно повернула голову к деревянной беседке, которую много лет назад еще ее покойный отец смастерил собственными руками.
В беседке, удобно раскинувшись в плетеном кресле и вытянув вперед ноги в дорогих белоснежных кроссовках, сидел муж ее единственной дочери. Руслан с важным видом ворочал на решетке куски свинины и время от времени прикладывался к высокому стакану с холодным квасом. Юлия устроилась рядом, склонившись над телефоном, и, похоже, даже не слышала, каким тоном ее супруг распоряжается в чужом доме.
Галина Сергеевна без слов опустила лейку на землю, промокнула влажные ладони о фартук и пошла к дому. Внутри неприятно кольнуло — то самое чувство, которое она уже давно привыкла загонять поглубже, лишь бы в семье не было скандалов. Три года назад дочь вышла замуж. Руслан работал в какой-то торговой фирме, зарабатывал неплохо, ездил на большой блестящей машине и при любом удобном случае давал понять, что он человек состоявшийся. А тещину дачу воспринимал как бесплатное место для отдыха: приехать на выходные, посидеть на воздухе, наесться домашнего и уехать.
Спустившись в прохладный полумрак погреба, Галина Сергеевна задержала взгляд на аккуратных рядах банок. Здесь стояло все, что доставалось ей тяжелым трудом. Помидоры в сладковатом маринаде, крепкие огурчики с укропом и чесноком, кабачковая икра, лечо, малиновое варенье. Все это выросло на ее маленьком участке, на шести сотках земли. Еще ранней весной, когда за окном местами лежал снег, она раскладывала семена по торфяным стаканчикам. Потом нянчилась с каждым ростком, спасала посадки от вредителей, таскала воду ведрами, если барахлил насос, и часами стояла над грядками под злым июльским солнцем.
Каждую осень багажник дорогой машины Руслана забивался этими банками почти до самого верха. От угощений зять никогда не отказывался. Наоборот, довольно потирал ладони и повторял, что домашнее куда лучше покупного. Зато за все три года он ни разу не взялся за лопату, не помог выправить покосившийся забор и даже весной не предложил перекопать землю.
Выбрав самую крупную банку с огурцами, Галина Сергеевна поднялась обратно, на кухне открыла крышку, разложила хрустящие овощи на стеклянном блюде и понесла в беседку.
– Вот теперь другое дело! – оживился Руслан и тут же подцепил вилкой большой огурец. Он громко хрустнул, довольно закивал и усмехнулся: – Теща, уважение. Соленья у тебя, конечно, получаются что надо. В кафе за такую тарелку гривен двести взяли бы, а тут еще и продукт натуральный.
– Ешьте на здоровье, Руслан, – ровно ответила Галина Сергеевна, присаживаясь на самый край скамейки. – Только могли бы заранее сказать, что собираетесь приехать. Я бы рыбу достала, пирог поставила. А то нагрянули внезапно, без предупреждения.
Юлия наконец подняла глаза от телефона и посмотрела на мать с виноватой улыбкой.
– Мам, мы правда решили в последний момент. Руслан всю неделю вымотался, клиенты какие-то тяжелые попались. Захотелось просто выбраться на природу. Ты же не сердишься? Мы мясо привезли.
Мясо они и в самом деле привезли — полтора килограмма. Но хлеб, картошка, свежая зелень прямо с грядок, тарелки, угли, купленные Галиной Сергеевной на ее скромную пенсию, — все это использовалось как само собой разумеющееся. Никому и в голову не приходило спросить, есть ли у хозяйки другие планы или силы на обслуживание гостей.
Солнце постепенно опускалось к горизонту, и небо над поселком наливалось густыми оранжевыми и сиреневыми оттенками. Посиделки затягивались. Руслан почти в одиночку расправился с огурцами, щедро закусывая ими горячий шашлык. Галина Сергеевна к столу больше не возвращалась. Она уносила испачканные тарелки, полоскала их в тазу с подогретой водой, резала новую буханку вместо съеденной, заваривала чай со смородиновыми листьями. Молодые помощи не предлагали. Ее хлопоты для них будто сливались с общим фоном дачного вечера и не требовали ни благодарности, ни участия.
Незаметно вечер загустел, превратился в сумерки. В траве застрекотали кузнечики, от ближайшего леса потянуло сыроватой прохладой. Руслан, сытый и довольный, откинулся на спинку кресла и погладил живот.
– Неплохо посидели, – протянул он. – Воздух, тишина, красота. Только, если честно, скучновато вдвоем. Юлия, я ребятам уже написал, завтра с утра подъедут. Егор с женой и Антон. Возьмем еще шашлыка, пива, нормально отдохнем компанией.
Галина Сергеевна, которая в этот момент расправляла кухонное полотенце, застыла на месте. От возмущения у нее внутри все резко сжалось.
– Руслан, какие еще ребята? – спросила она, изо всех сил стараясь говорить спокойно. – Участок у меня маленький.