– Снова курица? Ирина, ну это уже ни в какие ворота!
Дмитрий отодвинул от себя тарелку с запеченными бедрами и уставился на меня так обиженно, словно я поставила перед ним не ужин, а пустую посуду. Я не сразу ответила, только медленно опустила вилку на край тарелки.
– А что, по-твоему, должно было быть?
– Семга. Или форель. Да хоть какая-нибудь приличная рыба.
– Дим, килограмм семги сейчас стоит почти как продукты на всю неделю. Я могу купить, конечно, но тогда придется ужиматься в чем-то другом.
– В чем еще ужиматься? Я зарплату всего четыре дня назад получил.
Я молча открыла банковское приложение и протянула ему телефон, чтобы он сам посмотрел остаток. Дмитрий даже не наклонился к экрану.
– Не начинай с этой бухгалтерией. Карта у тебя, значит, тебе и решать, куда что тратить.
От этих слов у меня будто ледяная волна прошла по пальцам. Странно, но когда-то я мечтала именно о таком: чтобы мужчина спокойно говорил, что деньги у меня.
До Дмитрия я пять лет была замужем за Олегом. Тот умудрялся учитывать каждую мелочь. Однажды он всерьез потребовал у меня чек за новую зубную щетку, потому что хотел отнести ее обратно в магазин.
– Старая еще вполне нормальная, – заявил он тогда.
– У нее щетина торчит во все стороны.
– И что? Месяц бы еще послужила.
Окончательно меня добили две пачки колготок. Олег увидел цену и устроил настоящий допрос минут на тридцать: зачем было брать сразу две, почему нельзя было обойтись одной и чем вообще старые не устраивали.
После развода я твердо решила: с жадным мужчиной больше никогда не свяжусь. Поэтому Дмитрий на первых порах казался мне полной противоположностью бывшего мужа.
На второе свидание он пришел с огромной корзиной фруктов: манго, маракуйя, ягоды, какие-то красивые гроздья винограда. А когда спустя несколько месяцев мы съехались, он просто положил передо мной свою зарплатную карту.
– Держи.
– Зачем?
– Ты же обычно закупаешь продукты. И коммуналку тоже оплачиваешь ты. Заказывай все, что нужно для дома.
– А себе ты сколько оставишь?
– Ничего. Если понадобится, попрошу.
Я тогда несколько раз переспросила, не ослышалась ли. После жизни с Олегом это казалось почти чудом.
– Только имей в виду, – сказала я, – в приложении будут видны все твои покупки. Если захочешь что-то контролировать…
– Ирина, хватит, – перебил меня Дмитрий. – Еще не хватало, чтобы моя жена отчитывалась передо мной за еду.
Наверное, в тот момент я и решила, что мне невероятно повезло. Тогда я еще не понимала простой вещи: распоряжаться деньгами и нести за них ответственность – совсем не одно и то же.
После того разговора о семге я все-таки купила два стейка форели. Себе снова приготовила курицу, чтобы хоть немного удержать расходы в рамках.
– А ты почему рыбу не взяла? – спросил Дмитрий за ужином.
– Не хочется.
– Денег пожалела, да?
Я промолчала. Дмитрий с аппетитом доел форель, потом открыл холодильник и почти сразу нашел новый повод для недовольства.
– А где нормальный сыр?
– Вот же сыр. Обычный, свежий.
– Он как резина. Купи с голубой плесенью. И еще тот швейцарский, который мы у твоей сестры пробовали.
– Дим, он стоит около тысячи двухсот гривен за килограмм.
– Ирин, я тебе всю зарплату отдаю. По-моему, я имею право хотя бы нормально питаться.
Через пару дней ему вдруг понадобилась мраморная говядина. Потом Дмитрий посмотрел видео какого-то диетолога и уверенно заявил, что в доме обязательно должны быть голубика, авокадо, кедровые орехи и свежевыжатый гранатовый сок.