Порой их старание выглядеть совершенно безучастными становилось таким явным, что даже Ирина Юрьевна, обычно не вмешивавшаяся в подобные тонкости, начала кое-что подмечать.
Как-то после обеда Наталья, будто между прочим, спросила:
— Дмитрий Олегович сегодня собирается на мельницу?
— Насколько я поняла, да, — спокойно отозвалась гувернантка, не отрываясь от рукоделия.
— Я бы тоже съездила. Хотелось бы взглянуть, как там всё устроено.
Ирина Юрьевна медленно подняла на неё глаза.
— Вы ведь были там всего два дня назад.
— И что из этого?
— Ничего особенного. Просто мне кажется, мельница за это время вряд ли успела сильно измениться.
Наталья на мгновение притихла, потом нашлась:
— Там, кажется, должны были привезти новый мешок муки.
— Разумеется, — с невозмутимой серьёзностью сказала Ирина Юрьевна. — Из-за одного мешка муки молодой барышне просто необходимо срочно отправиться туда лично.
— Ирина Юрьевна!
Та посмотрела на неё с самым невинным видом.
— Что такое?
Наталья вспыхнула, сердито поднялась и вышла из комнаты.
Но на мельницу всё равно поехала.
Дмитрий уже был у входа и беседовал с работником. Едва заметив подъезжающий экипаж, он сразу оставил разговор и направился ей навстречу.
— Вы всё-таки приехали.
— Как видите.
— Я полагал, сегодня вас здесь не будет.
— С чего бы?
— Вчера вы говорили, что у вас множество дел.
— Я уже с ними управилась.
Он едва заметно улыбнулся.
— Довольно быстро.
— Когда нужно, я умею.
Они вместе вошли внутрь и почти полчаса с видом полной серьёзности рассуждали о зерне, помоле и расходе муки. При этом оба слишком ясно понимали: без этой поездки можно было бы превосходно обойтись.
Иногда же их чувства выдавали себя ещё заметнее.
Однажды вечером в гостиной Наталья сидела с книгой, а Дмитрий играл в шахматы с Андреем Павловичем. Партия тянулась неторопливо. Дмитрий несколько раз делал такие ошибки, каких раньше за ним почти не водилось.
Андрей Павлович наконец прищурился и посмотрел на него внимательнее.
— Дмитрий Олегович, вы сегодня либо играете из рук вон плохо, либо думаете совсем не о шахматах.
— Простите?
— Ваш конь сейчас будет потерян.
Дмитрий опустил взгляд на доску и лишь тогда увидел совершенно очевидную угрозу.
Наталья оторвалась от книги.
— Вы сегодня удивительно рассеянны.
— Такое случается.
— С вами прежде не случалось.
— Значит, день выдался необычный.
Она снова попыталась читать, но страница так и осталась не перевёрнутой.
Оба с особенным нетерпением ждали поездок на пасеку. Там было легче хотя бы ненадолго оказаться вне пристального надзора старших. Андрей Павлович занимался хозяйственными вопросами, Игорь Константинович уходил к дальним ульям, кучер оставался у дороги. Порой вокруг на несколько минут не было ни души.
И именно в такие минуты их разговоры менялись.
Они стояли под деревом, ожидая Игоря Константиновича. Наталья держала в руках тетрадь, хотя давно уже ничего в неё не записывала.
— Вы скоро уедете? — негромко спросила она.
Дмитрий повернулся к ней.
— Вы хотите, чтобы я уехал?
— Я просто спросила.
— Это не ответ.
— Ваш вопрос тоже.
Он улыбнулся краешком губ.
— Отец говорил, что, вероятно, в конце лета. А сейчас только начало августа.
Наталья немного помолчала.
— Всё равно это скоро.
— Зато вам станет спокойнее.
— Почему вы так решили?
— Вам больше не придётся каждый день придумывать повод, чтобы куда-нибудь ездить.