Анатолий снова появился на кухне, вытирая вспотевшее лицо своим же носовым платком. Не спрашивая, он плюхнулся на место во главе стола и развалился так, будто сидел не в гостях, а у себя дома: локти широко расставил, подбородок задрал.
— Ну, показывайте, чем угощать будете?
Он неторопливо прошёлся глазами по столу: три салата, тарелки с нарезкой, маринованные грибочки, горячее блюдо с мясом.
— Давай, Андрей, разливай. За встречу, значит!
Андрей засуетился, поспешно наполнил рюмки коньяком. Наталье он, не спрашивая, налил компот.
— Ну, будем! — громыхнул Анатолий и одним махом опрокинул рюмку.
Он довольно крякнул, тут же подцепил вилкой толстый кружок колбасы и отправил в рот. Жевал шумно, с открытым ртом, будто за столом никого больше не было.
— Слушай, Андрей, — проговорил он, ткнув вилкой в салатницу. — А что у вас с оливье? Какое-то оно чудное. Горошка, что ли, пожалели?
— Горошек там есть, — сдержанно ответила Наталья. — Просто осел ниже.
— Так мешать надо как следует, — наставительно заявил деверь. — Вот моя первая жена, царство ей небесное, салаты делала так, что ложка в них стояла. А у тебя всё расползается. Майонез, небось, самый дешёвый берёте?
Андрей втянул шею в плечи и принялся усердно жевать, не отрывая взгляда от своей тарелки.
— Майонез хороший, — ровным голосом сказала Наталья. — Домашний, фермерский.
— Ой, не смеши, — Анатолий презрительно скривился. — Фермерский! Вас городских облапошат, цену накрутят, а вы ещё и рады деньги выбрасывать.
Он потянул к себе блюдо со свининой. Сначала поковырял вилкой румяный кусок, потом перевернул его, поскреб ножом запечённую корочку и недовольно фыркнул.
— И что тут есть?
Тарелку он отодвинул от себя так брезгливо, словно перед ним оказалась не еда, а что-то несъедобное.
— Сухарь какой-то. Наталья, ты нормального мяса купить не смогла?
Она застыла с графином в руке.
— Мясо нормальное, — произнесла она тихо, но твёрдо.
— Да брось ты!
Анатолий со стуком швырнул вилку на стол.
— Это не ужин, а издевательство. Я бы такую бурду даже собакам возле проходной на заводе не вынес. Ни вкуса, ни сочности. Жёсткое, пресное. Не свинина, а резиновая подошва. У нас в столовой при третьем цехе и то готовят приличнее. Там тётя Нюра такие отбивные жарит — пальцы откусишь!
Наталья медленно поставила графин на стол.
Перед глазами вдруг всплыло, как месяц назад Андрей жаловался, что зарплату снова задержали. Как она закрывала коммунальные платежи из денег, отложенных на отпуск. Как купила ему зимние ботинки, потому что старые разошлись по швам, а он просто улёгся на диван и сказал, что в рваной обуви никуда не пойдёт. И вот теперь последние деньги ушли на этот ужин.
— Андрей? — негромко позвала она мужа.
Он старательно прятался за стаканом минералки и ковырял крабовый салат с таким сосредоточенным видом, будто решал задачу повышенной сложности.
— Ну чего ты сразу? — пробормотал Андрей с набитым ртом. — Анатолий с дороги, устал человек. В поезде трясся на верхней полке. Мужику хочется нормальной домашней еды, сытной, наваристой, а ты уже обиды себе придумываешь.
Наталья медленно перевела взгляд на накрытый стол.
— Значит, тебе тоже невкусно? — спросила она.
— Да мне-то нормально, — отмахнулся он, так и не подняв глаз. — Просто брат к другому привык. Он холостой мужик, сам себе хозяин, по кафе ходит, в еде разбирается. Ты не накручивай. Женское дело простое: слушать замечания и делать выводы.
Анатолий сыто рыгнул, даже не потрудившись прикрыть рот ладонью, и откинулся на спинку табурета. Потом ещё и ногу на ногу закинул, окончательно устраиваясь поудобнее.
— Вот именно, — поддержал он брата. — Тебе бы, Наталья, у толковых людей готовить поучиться. А то Андрей с такой стряпнёй скоро язву заработает. Посмотри на него: не мужик, а тень. Весь исхудал.
Наталья сцепила пальцы в замок и опустила руки на колени. От напряжения пальцы заметно дрожали.
— Знаешь, Анатолий, — она посмотрела деверю прямо в глаза, — я старалась. Два дня после смен в регистратуре стояла у плиты.
— Значит, плохо старалась, — хмыкнул тот. — Без души. Ладно, закрыли тему. Завтра поедем на дачу, там я сам шашлык замариную. По-нормальному, по-мужски: уксус, лук, всё как отец учил.
Он повернулся к Андрею и будто вычеркнул Наталью из разговора, словно она была не человеком, а частью кухонной обстановки.
— Кстати, Андрей, я тут прикинул кое-что по поводу ваших соток.
Андрей оживлённо закивал, готовый заранее согласиться с любым словом старшего брата.
— И что ты там решил? — спросил он.