— Ты это серьёзно, мать? — наконец выдавил он, не веря услышанному. — Совсем уже края не видишь?
Он так грохнул кулаком по столешнице, что рюмки подпрыгнули и жалобно звякнули.
— Андрей, приструни свою жену! — рявкнул Анатолий, багровея. — Она у тебя, похоже, вообще страх потеряла!
Андрей вскочил так резко, что стул заскрипел по полу.
— Наталья, ты в своём уме?! — сорвался он почти на визг. — Что ты сейчас несёшь? Иди и купи всё, что человек попросил! У нас гость раз в сто лет приехал, а ты спектакль устроила!
Наталья не стала отвечать. Она просто развернулась и вышла из кухни в прихожую.
— Ты куда собралась? — крикнул Андрей ей вслед.
Через секунду он уже поспешил за ней. Анатолий, тяжело ступая, двинулся следом и сложил руки на груди, будто пришёл контролировать порядок.
Наталья сняла с вешалки свой плащ. Втиснула ноги в кроссовки, даже не развязав шнурки, и потянулась к тумбочке возле зеркала. Там лежала общая связка ключей — массивная, шумная, увешанная брелоками от домофонов и замков.
Она подцепила ногтем кольцо, быстро отделила от связки длинный ключ с синей пластиковой головкой. Тот самый — от верхней калитки и большого навесного замка на дачном доме.
— На дачу, — ровно сказала она, убирая ключ в карман плаща.
— На какую ещё дачу среди ночи?! — возмутился Андрей. — На улице темень, дождь льёт как из ведра! Автобусов уже нет!
— На мою дачу, Андрей. Ту, что осталась мне от родителей. Где яблони и старый забор. Такси вызову.
Оставшуюся связку она бросила ему под ноги. Ключи с резким звоном ударились о плитку.
— А вы завтра туда не поедете, — добавила Наталья всё тем же холодным голосом. — Отдыхайте здесь. С красной рыбой, сырокопчёной колбасой и пивом. Моя кредитка пустая. На ваши посиделки я уже шесть тысяч гривен спустила. Дальше гуляете только за свои.
— Наталья, прекрати эту дурь!
Андрей попытался ухватить её за рукав. На его лице впервые проступила настоящая растерянность, почти испуг.
— Что ты на пустом месте скандал раздуваешь? Нам есть будет нечего! У меня до аванса всего сто двадцать гривен!
Она резко повела плечом, сбрасывая его пальцы.
— Руки убрал.
Андрей отпрянул и спиной ткнулся прямо в живот Анатолия.
И тогда Наталья, уже не сдерживая злой усмешки, решила вернуть ему его же выражение.
— Вот и жрите своё хрючево сами, — отчеканила она.
Она переступила порог. Дверь закрылась за её спиной, отрезав её от густого запаха чеснока, дешёвого коньяка и ошеломлённой тишины двух взрослых мужчин, внезапно оставшихся без привычного обслуживания.
Прошло два дня.
Наталья сидела на деревянной веранде, укутавшись в старую отцовскую дачную куртку. В руках у неё была жестяная кружка с горячим кофе. Где-то там, в городе, наверняка гудели машины, нагревался асфальт и пахло пылью. А здесь воздух был чистым, влажным, с ароматом сосен и земли после ночного дождя. На участке стояла такая тишина, что слышно было, как с листьев падают капли.
Телефон на дощатом столе завибрировал. На экране снова высветилось имя мужа: Андрей. За это утро он звонил уже в пятнадцатый раз. До звонков были сообщения — сначала злые, потом обиженные, а под конец откровенно жалобные.
Наталья нехотя нажала на кнопку ответа и включила громкую связь.
— Наташ, ну ты когда домой вернёшься? — сразу протянул Андрей. Голос у него был жалкий, как у школьника, которого поймали на плохом поступке. — Анатолий обиделся и вчера вечером уехал. Сказал, что больше ноги у нас не будет. И ещё сказал, что я подкаблучник.
— Счастливого пути, — сухо отозвалась Наталья.
— У нас в холодильнике пусто, Наташ, — продолжал ныть Андрей, словно не услышал её ответа. — Я уже этими магазинными пельменями давлюсь. Денег до зарплаты вообще нет. Ты трубку не берёшь. А я же не умею варить этот твой суп… ну, с фрикадельками который…
Наталья перевела взгляд на ровные грядки, на старые яблони, чьи ветви уже клонились вниз под тяжестью будущего урожая. Здесь никто не хозяйничал. Никто не командовал. Никто не требовал красной рыбы к пиву.
— Сходи в ресторан, Андрей, — спокойно посоветовала она. — Или у братца пообедай. У него на заводе, говорят, столовая замечательная. Особенно тётя Нюра хорошо готовит.
Она сбросила вызов и сразу отключила звук на телефоне. Потом сделала большой глоток крепкого кофе, откинулась на спинку стула и закрыла глаза.
В город возвращаться в ближайшую неделю она точно не собиралась.