«От того, что на торте есть надпись, он не делается менее сладким» — сказала Валерия, спокойно отказавшись переодеться к приходу гостей

Бессердечно требовать праздника от уставшей матери.

— От того, что на торте есть надпись, он не делается менее сладким.

Валерия поудобнее подхватила стопку глубоких тарелок и боком протиснулась мимо мужа. Дмитрий застыл посреди спальни в рубашке, беспомощно перебирая пальцами галстук. В детской кроватке размеренно посапывал их месячный сын.

— Валерия, может, всё-таки переоденешься в платье? — Дмитрий заговорил тише, почти шёпотом, но в голосе слышалась спешка. — Половина маминой родни собирается приехать. Как-то неловко получится.

— Кому именно будет неловко? — она задержалась на пороге.

Топ десять самых развратных женщин в мировой истории Читайте также: Топ десять самых развратных женщин в мировой истории

— Ну… перед гостями. Всё-таки событие. Смотрины.

Валерия посмотрела на него долго, спокойно и так непроницаемо, что Дмитрий опустил глаза.

Казус гениального математика Григория Перельмана Читайте также: Казус гениального математика Григория Перельмана

— Дмитрий, это праздник твоей мамы. Она его выдумала, она позвала людей, она решила, что будет на столе. А у меня после ночи без сна обычный бесконечный день с младенцем на руках. Поэтому я останусь в одежде, в которой мне удобно кормить ребёнка и таскать посуду.

Ответа она ждать не стала. Вышла в коридор и едва не зацепилась за чьи-то ботинки, брошенные прямо у прохода.

Людмила Павловна явилась за два часа до назначенного времени. С видом полноправной хозяйки оттеснила Валерию от зеркала, поставила на обувную полку свои нарядные туфли и тут же направилась на кухню проверять, всё ли готово.

На паренька набросился быдло-мужик. От того, что произошло дальше — я ОФИГЕЛ ТРИ РАЗА! Читайте также: На паренька набросился быдло-мужик. От того, что произошло дальше — я ОФИГЕЛ ТРИ РАЗА!

Теперь оттуда разносился её громкий, властный голос. Свекровь объясняла сестре Дмитрия, как именно следует раскладывать мясную нарезку, чтобы «было прилично».

Валерия донесла тарелки до кухни и поставила их на край стола.

— А, появилась, — Людмила Павловна окинула невестку придирчивым взглядом, задержавшись на сером домашнем костюме. — Я уж решила, ты прилегла. Салаты заправила?

— А как ты в двадцать лет могла себе позволить отношения с мужчиной, которому под пятьдесят? Читайте также: — А как ты в двадцать лет могла себе позволить отношения с мужчиной, которому под пятьдесят?

— Пока рано, — сухо сказала Валерия. — Потекут.

— Ничего они не потекут, если нормальный майонез покупать, — свекровь ловко выхватила у неё нож и начала мелко рубить зелень. — Тётя Нина уже звонила, они с дядей Анатолием почти подъехали. А у нас, считай, стол голый.

— На столе места свободного нет, Людмила Павловна.

«Не могу больше здесь оставаться» — Игорь Николаев эмигpирует Читайте также: «Не могу больше здесь оставаться» — Игорь Николаев эмигpирует

— Это тебе так кажется. Для нашей семьи такой стол — не размах. Мы привыкли гостей встречать достойно. Тем более повод какой! Первый внук! Продолжатель рода!

Она отложила нож, поправила блестящую брошь на праздничной блузке. В глазах свекрови светилось нетерпеливое предвкушение, будто впереди был не семейный обед, а тщательно поставленное представление.

Валерия отвернулась к раковине и сделала вид, что моет руки. Внутри у неё всё кипело, но она заранее пообещала себе не срываться до ухода гостей. Не ради Людмилы Павловны — ради тишины в собственном доме.

Очень смешной рассказ: «Софа, доця, ты када грэчку варишь, крупу перебираешь?» Читайте также: Очень смешной рассказ: «Софа, доця, ты када грэчку варишь, крупу перебираешь?»

Хотя эта история началась вовсе не сегодня.

В памяти всплыл прошлый вторник. Именно тогда Валерия решила наконец поставить точку в вопросе, который тянулся с самой выписки из роддома.

Они с Дмитрием сидели в его машине возле здания ЗАГСа. По лобовому стеклу мелко и упрямо стучал дождь. Дмитрий нервно вертел в руках телефон и всё никак не решался выключить двигатель.

Сторифокс