В тот январь морозы будто решили проверить город на прочность. За стеклом термометр упрямо показывал минус двадцать, а ледяной ветер так бил в стены старого кирпичного дома, что казалось: холод просачивается даже сквозь кладку.
В трехкомнатной квартире на пятом этаже Валерия сидела на диване, надев одни теплые носки поверх других, и плотнее запахивала на себе клетчатый плед. Кружку с уже почти остывшим чаем она держала окоченевшими пальцами, которые на ощупь казались ей не своими.
В коридоре висел комнатный градусник. Его Галина Сергеевна когда-то закрепила собственноручно, выбрав, как она утверждала, самое правильное место. Стрелка неизменно стояла на отметке восемнадцать.
— Прекрасно! — бодро сообщала свекровь каждое утро, появляясь из своей комнаты в старомодном спортивном костюме. — Организм включается, кровь быстрее ходит. Настоящая закалка!
Валерия же от такой «закалки» не бодрилась, а просыпалась дрожа. Ей чудилось, будто кровь в венах не разгоняется, а густеет и превращается в тягучую патоку, которую сердце с усилием проталкивает дальше. Она молча втягивала нос в высокий ворот свитера и старалась не спорить.
Их переезд к Галине Сергеевне случился по самой обычной причине. Год назад Валерия и Денис решили начать откладывать на собственное жилье. Снимать отдельную квартиру было накладно, а Галина Сергеевна, оставшаяся вдовой пять лет назад, сама предложила:
— Переезжайте ко мне. Вам легче будет копить, да и мне одной в такой хоромине не сидеть. Комнат хватает, всем места найдется.
Тогда этот вариант выглядел почти идеальным. Экономия, семья рядом, свекровь помогала с едой, быт вроде бы становился проще. Никому и в голову не пришло, что главным поводом для постоянных конфликтов окажутся не деньги и не теснота, а температура в квартире.
— Денис, поговори с ней, пожалуйста, — шептала Валерия по ночам, когда дверь их спальни была закрыта, а они лежали под двумя одеялами. — Я правда так не могу. У меня пальцы от холода сводит.
— Валер, она ведь не назло, — вздыхал Денис, крепкий, широкоплечий, похожий на медведя человек, которому было одинаково нормально и при восемнадцати, и при двадцати пяти градусах. — У мамы такая система. Она всю жизнь так живет. Меня тоже с детства закаляла. Я за всю школу почти не болел.
— Очень рада за тебя. Ты герой, организм из стали. А я обычная женщина, которая хочет дома не мерзнуть, — сердито шипела Валерия, понижая голос, чтобы за стеной их не услышали. — Давай купим обогреватель хотя бы в нашу комнату. Хотя она наверняка и его выключит.
Так и вышло. Денис принес обогреватель почти тайком, и прибор честно отработал всего два дня. На третий Галина Сергеевна, занимаясь влажной уборкой, обнаружила его включенным в розетку и восприняла это как личное потрясение.
— Это что еще за расточительство? — спросила она, распахнув дверь в комнату молодых без стука. — Воздух пересушиваете! А потом кто будет оплачивать электричество?
— Галина Сергеевна, мне холодно, — попыталась спокойно объяснить Валерия, хотя в этот момент чувствовала себя виноватой школьницей, застигнутой на шалости. — У меня ноги постоянно ледяные.
— Холодно? — свекровь посмотрела на нее с неподдельным изумлением. — Да ты на себя взгляни. Организм у тебя разбалованный. Двигаешься мало, целыми днями сидишь за своим компьютером, вот кровь и застаивается. В твоем возрасте надо не к батарее жаться, а активнее жить. Я, между прочим, в декабре в парк на пробежку выхожу и шапку не надеваю.
— Я в декабре без шапки бегать не собираюсь, — тихо, но очень отчетливо ответила Валерия. — Я просто хочу, чтобы в доме было тепло.
— Восемнадцать градусов — нормальная температура для жилого помещения, — отрезала Галина Сергеевна таким тоном, будто вопрос был закрыт навсегда. — Это санитарными нормами подтверждается. Я тридцать лет в школе проработала, в спортивном зале всегда было примерно столько же. Дети бегали и не ныли. А нынешняя молодежь сплошь тепличная. Денис, — позвала она сына, появившегося на кухне, — выключи эту глупость. Лучше окно приоткрыть, пусть свежий воздух зайдет.
Обогреватель после этого отправился в кладовку, фактически под арест. Денис только беспомощно развел руками, показывая жене, что спорить с матерью бесполезно.
Тогда Валерия решила действовать обходными путями и стала пробовать одно средство за другим.