Она опустила взгляд и после короткой паузы призналась, что сейчас не в силах принимать такие решения. Ей хотелось пожить здесь, освоиться, подыскать работу, а дальше уже будет видно.
— Я тебе мешать не стану, — поспешно сказала Светлана. — Живи спокойно, устраивайся. По дому я сама справлюсь, и готовить буду, не переживай.
И вдруг она не выдержала. Согнулась, закрыла лицо ладонями и заплакала — тихо, беспомощно, почти по-детски. Полина растерялась. Вся её прежняя злость куда-то отступила, оставив после себя только жалость и неловкую нежность. Она осторожно коснулась плеча Светланы, потом провела ладонью по её спине.
— Ну что вы… не надо, — мягко произнесла она. — Как-нибудь привыкнем друг к другу. Не чужие же совсем.
Полина поднялась из-за стола и медленно прошла в гостиную. Комната была залита тёплым солнечным светом, и от этого всё вокруг казалось почти прежним: знакомая мебель, занавески, старый диван. Она, слегка прихрамывая, добралась до него и села. И только тогда заметила на противоположной стене большой портрет в золотистой раме.
С холста смотрели её родители — молодые, сияющие. Между ними стояла маленькая Полина. Все трое были на морском берегу, убегали от набегающей волны и смеялись так искренне, что у неё защемило сердце. Она сразу узнала снимок, по которому был написан этот портрет.
В гостиную вошла Светлана и, заметив, куда смотрит Полина, тихо пояснила:
— Я заказала его после смерти твоего отца. Вы на этой фотографии такие счастливые… Мне, наверное, всегда не хватало именно такого тепла.
У Полины перехватило дыхание. Она придвинулась к Светлане, села рядом и неожиданно для самой себя обняла её.
— Спасибо вам, — прошептала она. — И простите меня. Пусть всё останется как было. Ради памяти о них.
Полина устроилась преподавателем в местную художественную школу. Спустя год она вышла замуж за хорошего, надёжного мужчину, который уверенно стоял на ногах. После свадьбы переехала к нему и больше не возвращалась к мысли делить родительскую квартиру.
Светлана стала для неё не матерью, но по-настоящему близким человеком — тем, кто всегда был рядом и готов был поддержать. Она привязалась к Полине, полюбила её мужа, а маленького Матвея, их сына, и вовсе считала своим внуком.
Так иногда и случается: стоит лишь приглядеться к человеку внимательнее, протянуть ему руку, обнять вместо того, чтобы оттолкнуть, — и тот, кого ты считал врагом, вдруг становится другом на всю жизнь.