В конце августа Екатерина однажды спросила его по телефону:
— Когда ты приедешь?
Раньше Дмитрий почти автоматически отвечал:
— Скоро.
Теперь это слово не выходило у него изо рта. Он сказал иначе:
— Как только смогу.
На том конце стало тихо. Екатерина молчала несколько секунд, потом негромко произнесла:
— Ты снова не сказал «скоро».
Дмитрий устало провёл ладонью по лицу.
— Потому что не хочу тебя обманывать.
— Хорошо.
— Что именно хорошо?
— Что хотя бы не обманываешь.
После разговора он ещё долго сидел с телефоном в руке и смотрел на потемневший экран. И только тогда до него дошло: Екатерина давно видит то, от чего он сам старательно отворачивается.
К сентябрю Дмитрий уже как-то встроился в эту новую жизнь. Не принял её, не привык по-настоящему, но перестал каждый день удивляться, что теперь всё именно так.
Комната оставалась тесной. На общей кухне толкались ещё трое жильцов. В коридоре почти всегда стоял резкий запах порошка и влажной одежды. Утром кто-нибудь обязательно включал воду раньше всех, а ночью то и дело хлопали двери.
Со временем Дмитрий научился засыпать даже под этот шум.
Главное было другое: зарплату выдавали без задержек.
Однажды, закончив смену, он зашёл в небольшой магазин и увидел недорогую заколку для Полины. Взял её в руки, потом положил обратно, снова взял. У кассы простоял дольше, чем нужно, пересчитывая в голове расходы.
Можно было пройти мимо. Дома деньги были нужнее.
И всё же он купил эту заколку и убрал её в пакет.
Вечером набрал Екатерину.
— Передай Полине кое-что.
— Что именно?
— Сама посмотришь.
— Дмитрий…
— Что?
— Не надо тратить лишнее.
— Я понимаю.
— Мне не нужны подарки.
Он чуть улыбнулся, глядя на маленький пакет.
— Знаю.
— Тогда зачем купил?
Дмитрий помолчал.
— Просто захотелось.
Екатерина тихо рассмеялась.
— Ну, если захотелось… тогда ладно.
И в тот вечер ему впервые за много дней стало немного легче. Не потому, что денег стало больше. А потому, что этот короткий разговор напомнил ему, ради чего он вообще держится.
В октябре заметно похолодало.
Дмитрий стал замечать за собой новые привычки. Еду он готовил заранее, продукты покупал сразу на несколько дней, каждую трату записывал. Без крайней нужды больше не занимал у знакомых. И самое главное — перестал считать будущие деньги своими до того, как они реально окажутся в руках.
Как-то после смены один рабочий сказал ему:
— Тут есть вариант подзаработать. Платят нормально. Только сначала надо оставить залог за форму.
Дмитрий даже не спросил, сколько именно.
— Нет.
— Почему сразу нет?
— Потому что сначала человек должен заработать. А уже потом тратиться ради работы.
Мужчина усмехнулся.
— Поумнел, что ли?
Дмитрий пожал плечами.
— Нет. Просто уже пробовал наоборот.
Вечером он открыл блокнот и записал:
«Обещанные деньги — это ещё не деньги».
А ниже добавил:
«Сначала условия. Потом работа».
К ноябрю он почти перестал вспоминать об Антоне. Не потому, что забыл. Просто на Антона уже не оставалось сил: слишком много других забот навалилось сверху.
На складе Дмитрию начали давать больше смен. Иногда выходило заработать чуть выше основной суммы. Почти всё он пересылал домой.
Откладывать не получалось. Стоило появиться лишней гривне, как тут же находилась причина её потратить. То лекарства. То коммуналка. То вещи Кириллу и Полине для школы. То старый долг.
Екатерина никогда не требовала денег. Но Дмитрий сам каждый раз спрашивал:
— Вам хватает?
Она отвечала:
— Пока да.
И он уже научился слышать это «пока».
Однажды вечером Екатерина вдруг сказала:
— Дмитрий?
— Да?
— Ты же не обязан всё время отправлять нам почти всё.
— Обязан.
— Кому?
Он не сразу ответил.
— Самому себе.
Екатерина тяжело вздохнула.
— Вот это меня и пугает.
— Что именно?
— Что ты до сих пор будто пытаешься кому-то что-то доказать.
Дмитрий промолчал.
Потому что понимал: она права.
────────────────────────
К двадцать второму декабря усталость уже накопилась так, что Дмитрий чувствовал её не только в теле, но и в мыслях.
После утренней смены он позвонил Екатерине.
— У вас всё нормально?
В трубке повисла пауза.
— Дмитрий…
Одного этого слова хватило, чтобы внутри всё сжалось.
— Что произошло?
— У Полины температура.
Он сел прямо на ступеньку у склада.
— Какая?
— Тридцать девять.
Дмитрий провёл рукой по лицу.
— Врача вызывали?
— Да.
— Лекарства купила?
— Купила.
Екатерина замолчала, а потом добавила:
— Я у соседки заняла.
Он посмотрел на свои ладони, будто там мог найти ответ.
— Я переведу.
— Когда?
Дмитрий уже знал, что сказать нечего. В кармане лежал кошелёк, а до зарплаты оставалось ещё девять дней.
— Через несколько дней. Как только получу.
Екатерина не ответила.
И это молчание ударило сильнее любого упрёка.
— Дмитрий…
— Да?
— Может, уже хватит?
— Чего?
— Этой бесконечной гонки.
Он поставил локти на колени и опустил голову.
— Я не могу вернуться.
— Почему?
— Без денег.
— Мы ждём тебя.
Он хотел что-то возразить, но Екатерина сказала раньше:
— Тебя. Не деньги.
Дмитрий зажмурился.
— Я хотел вернуться нормально.
— А что значит нормально?
Он не нашёл ответа.
— Ты правда думаешь, что если приедешь без тридцати двух тысяч гривен, мы решим, что ты неудачник?
— Нет.
— Тогда чего ты боишься?
Дмитрий посмотрел на заснеженный двор перед складом.
— Что я сам себя так назову.
Екатерина долго молчала. Потом сказала очень тихо:
— Тогда перестань.
Он не ответил.
— Возвращайся домой, — произнесла она.
— Без денег?
— Я уже сказала тебе главное.
Дмитрий опустил голову ещё ниже.
— Я вернусь.
— Не обещай день.
— Хорошо.
— Просто приезжай, когда сможешь.
Разговор оборвался.
Дмитрий ещё несколько секунд держал телефон в ладони, потом медленно убрал его в карман.
────────────────────────
Вечером двадцать второго декабря он достал кошелёк.
Сто тридцать шесть гривен.
Дмитрий разложил деньги на столе и пересчитал ещё раз, хотя ошибиться было невозможно.
Потом открыл банковское приложение.
На счёте всё так же висели сорок пять гривен, но операции по-прежнему были заблокированы.
Он взял лист бумаги и написал:
«Хлеб — 40».
«Проезд — 20».
«Остаток — 76».
Ниже вывел:
«До зарплаты — 9 дней».
Дмитрий долго смотрел на эту строчку. Потом зачеркнул девятку и рядом написал:
«Один день уже прожит».
Поставил дату.
22 декабря.
Затем он открыл сайт с билетами. Самый дешёвый билет домой стоил больше, чем у него было.
Дмитрий погасил экран, лёг на кровать прямо в одежде и впервые за всё время позволил себе мысль, которую раньше гнал прочь:
«А вдруг я и правда проиграл?»
Он представил, как входит во двор своего дома. Без денег. Без подарков для детей. Без тех самых тридцати двух тысяч гривен, с которыми собирался вернуться.
Представил лицо Екатерины.
И вдруг понял, чего боялся сильнее всего.
Не бедности.
Стыда.
Он приехал в Днепр с одной цифрой в голове.
32 000.
Потом эта цифра превратилась в 12 800.
А теперь перед ним лежали 136 гривен.
Дмитрий закрыл глаза.
Но семья всё это время оставалась прежней. Екатерина. Кирилл. Полина.
Он сел на кровати, открыл блокнот и на чистой странице написал:
«Сколько нужно, чтобы вернуться?»
Под этим вывел:
«Не знаю».
Потом подумал и добавил ещё одну строку:
«Но сначала надо понять, куда уходят деньги».
Он закрыл блокнот.
С остальным он разберётся завтра.
────────────────────────
Утром двадцать третьего декабря Дмитрий пошёл на работу пешком. Дорога заняла сорок минут.
За ночь снег схватился морозом, и под подошвами хрустела ледяная корка.
У проходной стоял Алексей и курил.
— Ты чего пешком припёрся?
— Денег мало.
Алексей окинул его взглядом с головы до ног.
— Это заметно.
Дмитрий хотел пройти мимо, но тот окликнул:
— Эй.
Он остановился.
— Ты уже третий день сам на себя не похож.
— В каком смысле?
— Такой вид, будто сейчас рухнешь, но всё равно будешь говорить, что всё нормально.
Дмитрий криво усмехнулся.
— Всё нормально.
Алексей фыркнул.
— Вот я об этом и говорю.
Он докурил, затушил сигарету и бросил окурок в урну.
— Есть одна подработка. Разгрузка за городом.
— Сколько платят?
— Пока точно не знаю. Могу узнать.
— Расчёт когда?
— Если тебе интересно, сначала спрошу.
Дмитрий кивнул.
— Спроси.
Смена выдалась тяжёлой.
После работы он зашёл в магазин, взял хлеб и самый дешёвый чай. На кассе долго пересчитывал мелочь, чтобы не ошибиться.
Когда вышел, у магазина сидел мужчина в старой куртке. Рядом с ним лежал кусок картона.
Дмитрий прошёл мимо, сделал несколько шагов и остановился.
Проверил кошелёк. Потом развернулся, подошёл обратно и достал четыре гривны.
— Возьмите.
Мужчина поднял голову.
— Спасибо, брат.
Дмитрий коротко кивнул и пошёл дальше.
Он не думал, что эти четыре гривны кого-то спасут. Просто в тот момент он мог отдать четыре гривны. И отдал.
Через несколько шагов он снова достал блокнот.
На странице стояло:
«136».
Он дописал ниже:
«Минус 4».
«132».
Посмотрел на новую цифру.
И впервые не стал ничего зачёркивать.
────────────────────────
Двадцать четвёртого декабря Алексей действительно нашёл подработку.
Но условия Дмитрию сразу не понравились.
Платить обещали только после двух дней. Работодатель просил приехать одному. Адрес был указан, но подробностей почти не давали.
Дмитрий внимательно посмотрел на Алексея.
— Ты с ним раньше уже работал?