— Смотри, куртку не мни, она целое состояние стоит!
Светлана Павловна резко оттолкнула в сторону коробку с тарелками и чашками и потянулась к вешалке. Полупустую прихожую она окинула таким внимательным, цепким взглядом, будто пришла не на переезд, а на проверку имущества перед составлением акта.
Юлия, стоявшая на коленях возле раскрытой спортивной сумки, даже головы не повернула. Она аккуратно складывала тёплые свитеры, стараясь держать дыхание ровным и не сорваться. Три последних года на ней держались два салона красоты. Она спала урывками, по пять часов, ездила к поставщикам, спорила с арендодателями, выбивала скидки на материалы и считала каждую гривну. И теперь, в день, когда они наконец переезжали в новую квартиру, сил на очередное представление свекрови у неё просто не осталось.
— Мам, зачем ты вообще приехала? — неуверенно спросил Андрей.
Он сидел на пустой полке для обуви, втянув шею в плечи, и нервно дёргал молнию той самой дорогой куртки. Юлия купила её ему с прошлой выручки, чтобы муж, по её словам, «выглядел прилично перед клиентами». В автосалоне, где Андрей числился менеджером, он чаще пил кофе, листал телефон и жаловался, что покупателей почти нет.
— Как это зачем? — Светлана Павловна прошла дальше, звонко стуча каблуками по голому полу. — Знаю я ваше «сами разберёмся». Сегодня квартиру покупаете, а завтра мой сын окажется на улице без ничего. Я мать, и я обязана проверить, как вы оформили документы.
В представлении Светланы Павловны все мужчины делились на два вида: одни были хищниками, другие — жертвами. Её покойный муж относился к первым. Пил, изменял, а потом исчез, оставив её с пятилетним ребёнком и долгами. Светлана выкарабкалась сама. Пахала в две смены на заводе, затем возила товар из Турции, таскала неподъёмные сумки, ругалась за каждый метр в кооперативном доме и привыкла никому не верить. Она давно решила для себя: женщины хитры, жизнь беспощадна, а её Андрей — добрый, мягкий мальчик, которого любая вертихвостка оберёт до нитки. То, что этому «мальчику» уже исполнилось тридцать два и он обзавёлся солидным животом от вечернего пива с чипсами, в расчёт не принималось.
— Светлана Павловна, документы уже подписаны и оформлены, — ровным, сухим голосом сказала Юлия, застёгивая сумку.
— То есть как оформлены? — вспыхнула свекровь и поправила на груди яркую брошь. — Вы муж и жена! У вас общий дом, общий бюджет, общая жизнь! Мой сын работает на износ ради семьи, здоровье своё гробит, а ты решила за его спиной квадратные метры распределять? Я хочу увидеть бумагу, где чёрным по белому написано, что половина квартиры принадлежит Андрею.
Юлия медленно выпрямилась, стряхнула с коленей пыль и посмотрела на мужа. Андрей с большим усердием уставился в экран телефона, будто там происходило нечто невероятно важное. Всем своим видом он показывал, что ссора двух женщин его никак не касается.
Так они и прожили все пять лет брака. Юлия работала за двоих. Сначала сняла крошечный кабинет для маникюра, потом взяла кредит на первую студию, позже рискнула открыть вторую. Домой она возвращалась поздно и чаще всего уже без сил.