Юлия медленно повернулась к мужу и посмотрела на него так, что Андрей невольно осёкся.
— А ты лучше помолчи, — произнесла она негромко, но жёстко. — Уважение не выдают по возрасту, его заслуживают поступками. Твоя мама явилась сюда не чай пить. Она пришла выбивать для тебя кусок квартиры. Адрес ей дал ты. Ты прекрасно понимал, чем это закончится. И всё равно сидел здесь, как зритель в первом ряду, надеясь, что две женщины разберутся за тебя.
— Ничего я не надеялся! — вспыхнул Андрей. — Просто не собираюсь лезть в ваши бабские склоки. Вы же постоянно грызётесь!
Светлана Павловна шумно вдохнула и шагнула ближе к Юлии.
— Слушай сюда, умница. Все эти ваши бумажки — пустышка. Нормальный юрист разнесёт их в суде за одно заседание. Мы ещё подадим иск. Муж имеет право на жильё!
— Подавайте, — спокойно сказала Юлия. — Только юриста оплачивать придётся из тех шестнадцати тысяч гривен, которые Андрей получает. А их у него не всегда даже на бензин хватает.
Она наклонилась, взяла последнюю лёгкую сумку с косметикой и перекинула ремень через плечо.
— Через десять минут будут грузчики. Я забираю своё.
— А я? — растерянно выдохнул Андрей, словно только сейчас понял, что всё происходит по-настоящему.
— А ты, Андрей, поедешь к маме, — Юлия смотрела на него ровно, без злости и без жалости. Просто как на человека, с которым дорога давно разошлась. — Твои вещи собраны у окна. Три коробки. Одежда и приставка. Всё остальное покупалось за мои деньги.
— Ты серьёзно меня выставляешь? Вот так? — он растерянно моргнул. — Из-за квартиры? Юль, мы же семья!
— Нет, Андрей. Семьёй это не было. Я была кошельком, а ты — взрослым ребёнком, которого временно взяли на содержание. Срок закончился.
— Да подавись ты своими квадратами! — взвизгнула Светлана Павловна и схватила сына за рукав. — Андрей, поднимайся! Чтобы ноги нашей больше не было в её хоромах. Найдёшь себе нормальную женщину, а не эту жадную собственницу!
Уходили они шумно. Андрей сопел и тащил к лифту свои три коробки, а Светлана Павловна на весь подъезд рассуждала о том, что Бог всё видит, чужим добром счастья не построишь и за такие поступки судьба обязательно накажет.
Юлия закрыла дверь на замок. Несколько секунд она просто стояла в тишине, глядя на пустую прихожую съёмной квартиры, которая вдруг стала окончательно чужой. Потом зашла в ванную, ополоснула руки холодной водой и, подняв глаза к зеркалу, впервые за долгие месяцы улыбнулась самой себе.
Спустя две недели Юлия уже спокойно раскладывала тарелки по шкафчикам на новой кухне. Из мебельного салона позвонили и предупредили, что диван привезут завтра.
Андрей, как и ожидалось, перебрался к матери в её тесную двухкомнатную квартиру. Теперь соседи Светланы Павловны почти каждый вечер слушали возле подъезда трагические рассказы о том, как бессердечная невестка обобрала честного парня и выгнала его на улицу едва ли не в одних штанах. Светлана Павловна жаловалась вдохновенно, с надрывом и полной уверенностью, что её мальчика погубила женская жадность.
Андрей на эти выступления почти не реагировал. Он сидел в своей старой комнате, ел мамины котлеты и проходил новую игру. В общем, его жизнь снова стала привычной, удобной и совершенно безопасной.