Их бригаду, как он писал, постоянно гоняли с объекта на объект, поэтому отправлять ему письма было бессмысленно: всё равно не дойдут. Обещал только одно — как дадут отпуск, обязательно приедет.
Валентина Сергеевна бережно прятала сыновьи письма в резную деревянную шкатулку. Денис подарил ей её на 8 Марта, когда ему исполнилось всего десять. Деньги тогда выпросил у отца, зато сам выбрал подарок, с важным видом протянул матери и так гордился, будто целое состояние потратил. Теперь она доставала эти короткие листочки вечерами, перечитывала снова и снова, знала каждую строчку почти на память. Только ответить сыну не могла — и от этого на душе становилось особенно тяжело.
Одиночество постепенно подтачивало её. Пенсии хватало на самое необходимое, одной много ли надо, но сидеть целыми днями в пустой квартире было невыносимо. Тогда Валентина Сергеевна зашла в ближайший магазин и попросилась хоть на какую-нибудь работу. Её взяли уборщицей.
Магазин закрывался в десять вечера, и после этого она приходила мыть полы. Зимой обязанностей прибавлялось: по утрам, ещё до открытия, приходилось откидывать снег у входа, а в гололёд посыпать ступеньки песком. Так и тянулись её дни — тихо, однообразно, без ожиданий. Ей уже почти шестьдесят, и она всё чаще думала: чего теперь ждать от судьбы?
В тот вечер у Валентины Сергеевны был выходной. В магазин идти не требовалось. Она убрала со стола после ужина, вымыла посуду, навела порядок на кухне, когда вдруг раздался звонок в дверь. Решила, что это соседка заглянула на чай да снова пожаловаться на своего непутёвого мужа, который никак не бросит пить.
Но на пороге стояла незнакомая женщина. В руках она держала туго завернутый свёрток.
— Вы ко мне? — растерялась Валентина Сергеевна.
— А к кому же ещё? Держи! — резко бросила незнакомка и почти сунула ей свёрток. — Это дочь твоего сына. Мою Киру обманул, покрутил ей голову и сбежал. А нам этот ребёнок зачем? Твой Денис ещё неизвестно вернётся или нет, а Кире жизнь устраивать надо. Кто её с младенцем возьмёт?
Сказав это, женщина развернулась и быстро ушла, даже не оглянувшись. Валентина Сергеевна несколько секунд стояла как окаменевшая. Потом внесла ребёнка в квартиру, осторожно положила на кровать, отогнула край одеяльца — и увидела крошечное личико. Сердце у неё дрогнуло: вылитый Денис в младенчестве.
Она подхватила малышку на руки и почти бегом отправилась в свой магазин. Купила детскую смесь, подгузники, всё, что успела сообразить. Вернувшись домой, искупала девочку, накормила, укутала. Всю ночь Валентина Сергеевна просидела рядом: то покачает, то снова даст бутылочку, то возьмёт на руки, едва малышка начинала плакать.
Утром она позвонила своей давней подруге Нине и, сбиваясь, рассказала о случившемся. Та примчалась сразу же. Выслушала историю о внучке, которую подбросили среди вечера, и вспыхнула от негодования так, что, казалось, от неё пар пойдёт.