Я невольно улыбнулась: было приятно видеть, что Валерия почувствовала себя здесь спокойно. Мы ещё какое-то время обсуждали всякие бытовые мелочи: я показала, где лежат крупы и чай, объяснила, как включать стиральную машинку, куда складывать грязное бельё и на какой полке можно брать посуду. Мне хотелось, чтобы она не ощущала себя чужой и не боялась лишний раз спросить о чём-то.
Через некоторое время в замке щёлкнул ключ, из прихожей донёсся знакомый тяжёлый шаг. Вернулся Андрей. Он вошёл на кухню в своём обычном виде — уставший, с недовольной складкой между бровями. Но стоило ему заметить Валерию, как выражение лица моментально изменилось. Он будто выпрямился, расправил плечи, даже взгляд стал живее.
— Андрей, знакомься, — сказала я и легко коснулась Валерии за плечо. — Это Валерия, моя двоюродная племянница. Дочь Ирины. Помнишь, она звонила?
Андрей словно в одну секунду сбросил с себя всю дневную усталость. Он приветливо протянул Валерии руку и почти торжественно произнёс:
— Очень приятно. Андрей.
Валерия чуть смутилась, на щеках у неё появился лёгкий румянец, но руку она пожала и улыбнулась.
— Тёть Наталь, я тогда съезжу в общежитие за вещами, — сказала она спустя минуту и направилась к двери.
— На чём поедешь? — вдруг спросил Андрей, переводя взгляд с неё на меня. В его голосе прозвучало такое участие, что я даже удивилась.
— Автобусом, — спокойно ответила Валерия. — Тут недалеко, примерно полчаса.
— Никакого автобуса, — решительно сказал Андрей и махнул рукой. — Поехали на машине. Всё сразу заберём, и тебе не придётся таскать сумки.
Я застыла на месте, не сразу понимая, что вообще происходит.
— А обед? — только и смогла выговорить я, пытаясь вернуть ситуацию в привычное русло. Для Андрея обед всегда был почти священным ритуалом.
— Сначала привезём вещи, потом поедим, — беззаботно бросил он и уже повернулся к Валерии. — Ты готова?
Я молча кивнула, потому что слов у меня просто не нашлось. Передо мной стоял мой муж, который обычно ворчал по любому поводу, терпеть не мог незапланированных поездок и никогда добровольно не отказывался от еды. А тут он сам предложил ехать через половину города, чтобы помочь моей племяннице с сумками. Честно говоря, я смотрела на него и не узнавала.
Они уехали. Вернулись примерно через час. Валерия вошла с небольшим рюкзаком за плечами, а Андрей внёс две спортивные сумки, набитые так плотно, что молнии едва сходились.
— Ну что, проголодались? — спросила я, когда они появились на кухне.
— Ещё как! — бодро ответил Андрей. — Голодные, как волки.
Мы сели за стол. И снова я не могла отделаться от ощущения, что рядом со мной сидит какой-то другой человек. Обычно Андрей ел молча, чуть склонившись над тарелкой, и отвечал на мои вопросы короткими фразами. А сейчас он разговаривал без остановки, смеялся, вспоминал какие-то случаи из молодости, шутил и даже ухаживал за Валерией: подливал ей чай, придвигал хлеб, спрашивал, не положить ли добавки.
Валерия тоже быстро освоилась. Она охотно поддерживала беседу, смеялась над его шутками, хотя, если честно, ничего особенно смешного я в них не находила. Но выглядела она довольной и расслабленной, словно напряжение первых часов окончательно сошло на нет.
На следующий день, в воскресенье, я забрала детей от бабушки. Квартира сразу наполнилась привычным шумом, беготнёй и бесконечными детскими вопросами. А с понедельника всё вернулось в наш обычный ритм: утром я отвозила детей в школу, потом спешила на работу, а после работы забирала их и везла на занятия.