Повод у Марины был не праздный: у её матери диабет, и меню, как выяснилось, они с Валерией разбирали заранее, по пунктам. Валерия ей всё пообещала устно, а до меня эта новость почему-то так и не дошла.
— Я никакую кухню на заказы открывать не собиралась, — произнесла я, сняла фартук и аккуратно бросила его на свободный стул. — У меня работа в школьной столовой. Дома я готовлю для семьи. В банкетные повара меня никто не нанимал.
И тут дверь на веранду распахнулась так резко, будто кто-то специально ждал самого подходящего момента. На пороге появилась Полина, дочь Валерии, студентка, которую позвали вроде бы помогать с фотографиями. Она тащила с улицы высокий рекламный штендер. На нём сияла моя фотография с прошлогоднего конкурса пирогов, а под ней крупными буквами было напечатано: «Шеф-повар Юлия. Ваш праздник — наша забота».
Я посмотрела на этот плакат и даже злиться сразу не смогла. На том конкурсе я вообще-то держала в руках утюг: мы тогда шутили и разыгрывали приз за самый несуразный пирог, а я перед выступлением разглаживала скатерть. Полина утюг с фотографии старательно обрезала. В итоге на рекламе получилась женщина, протягивающая руки к какой-то невидимой птице.
— Мам, я же говорила, что сначала надо спросить у Юлии, — растерянно сказала Полина, глядя то на мать, то на меня. — Ты уверяла, что она обо всём знает. Я над этим макетом весь вечер просидела.
Валерия впервые за весь вечер отвела глаза. Денис поднялся из-за стола, но, кажется, не нашёл ни одной фразы, которая не сделала бы ситуацию ещё хуже. За столом кто-то тихонько доедал голубец: выбрасывать вкусную еду только потому, что у хозяев разгорелся семейный скандал, выглядело бы совсем уж глупо.
Название нашего села в этот вечер впервые прозвучало из уст Марины. Она развернула телефон и показала афишу: «Тальное встречает новую семейную кухню». Ниже значились восемь фамилий и даты, расписанные до конца октября. На ближайшую субботу был назначен праздник у Олега Егорыча.
— Между прочим, у меня годовщина свадьбы, — напомнил он, нахмурившись. — Мы с женой сорок лет вместе. Я ей уже сказал, что в этот раз она у плиты стоять не будет. И что теперь? Вернусь домой и признаюсь, что опять наплёл?
Кто-то не выдержал и прыснул, но смех быстро оборвался. Следом Марина прямо спросила про авансы. Валерия выпрямилась, будто готовилась держать оборону, и заявила, что деньги уже ушли: часть — на аренду посуды, часть — на этот самый рекламный штендер. Денис повернулся к ней так резко, что ножки стула жалобно скрипнули по полу.
— Валерия, ты говорила о двух праздниках для знакомых, — медленно произнёс он. — Ни о каких деньгах речи не было. Почему ты промолчала, что уже принимаешь заказы?
— Потому что ты бы снова побежал советоваться с Юлией, а она, конечно, сказала бы «нет»! — сорвалась Валерия. — Я после развода пытаюсь хоть как-то встать на ноги. Ты сам обещал помочь. Я не просила, чтобы меня содержали!
И вот тогда стало видно, как праздник распадается на две половины. Одни гости смотрели на Валерию с сочувствием: всё-таки женщина ищет заработок, пытается начать с нуля. Другие не понимали, почему этот заработок должен был строиться на моих вечерах, выходных и нервах. Денис переводил взгляд с одного края стола на другой, как школьник, который забыл, кому именно обещал дать списать контрольную.
Галина Сергеевна молча подошла к штендеру, развернула его лицом к стене, затем сняла с крючка мою старую куртку. Она не стала читать нотации и никого не пристыдила. Просто накинула куртку мне на плечи, после чего ушла на кухню и села возле раковины, доверху забитой грязной посудой.
Я поняла: если сейчас уйду, свекровь останется одна отмывать тарелки после праздника, который для неё давно перестал быть своим. Поэтому я вернулась. Но не к плите. Я села рядом с ней, и мы некоторое время молча смотрели на гору тарелок, мисок и кастрюль.
— Два часа назад я была просто хозяйственной, — сказала я наконец. — Теперь выясняется, что я шеф-повар. Осталось назначить меня министром иностранных дел, чтобы я им всем больше не отвечала.
Галина Сергеевна фыркнула. Потом сняла с моих плеч куртку, повесила её обратно и поставила передо мной стакан компота. Второй взяла себе.
На веранде Валерия тем временем попыталась вернуть застолью видимость праздника. Она предложила выпить за перспективы малого бизнеса. Марина в ответ спокойно попросила вернуть аванс. Следом поднялась ещё одна женщина. Олег Егорыч тоже отодвинул стул и, судя по лицу, собирался высказать своё условие.