— Ты что, правда в меня влюбилась? — губы Алексея скривились в насмешке, от которой его красивое лицо вдруг стало почти чужим.
— Ничего тут смешного нет, — Наталья едва выговорила слова. — Я с первого курса тебя люблю…
Голос предательски сорвался. В глазах защипало, и она поспешно опустила голову, чтобы он не увидел слёз.
Алексей наклонился, пытаясь заглянуть ей в лицо.
— Ты сейчас серьёзно, Чернышова? — уже без прежней издёвки спросил он.
Наталья промолчала.
— Вот это номер, — протянул Алексей, выпрямляясь. — Ладно. Пошли.
— Куда? — тонко спросила она, всё ещё сдерживая рыдания.
— В общежитие. Ты же сама предложила…
Ответом стала звонкая пощёчина. Улыбка мгновенно исчезла с его лица.
Наталья резко развернулась и зашагала прочь. Но Алексей быстро нагнал её, ухватил за руку и так дёрнул, что ей стало больно.
— Да погоди ты. Не злись. Я же пошутил, — сказал он уже тише. — Мне паршиво, понимаешь? Может, в твоих словах и есть смысл. Пойдём в кино, а?
— На что? — Наталья смахнула с щеки слезинку, всё-таки сорвавшуюся с ресниц.
— Да какая разница.
Они пошли рядом. Алексей старался подстроиться под её шаг, хотя делал вид, будто ему всё равно. В кинотеатре он взял билеты, огромное ведёрко попкорна и по пачке сока каждому. Зал оказался почти пустым, зато фильм неожиданно увлёк обоих. Они тянулись к попкорну из одного ведёрка, их пальцы пару раз случайно соприкасались, задерживались на долю секунды, и Наталья первая отдёргивала руку. Алексей будто ничего не замечал: жевал попкорн и не сводил взгляда с экрана. А она украдкой рассматривала его профиль и почему-то жалела, что соков он купил два, а не один на двоих, чтобы пить через одну трубочку.
До её дома они дошли, оживлённо обсуждая фильм, а потом незаметно перескочили на учёбу и будущую специальность.
— Терапия — тоска смертная. Ты крови, что ли, боишься? Чернышова, с твоим характером тебе только в хирургию, — поддразнивал её Алексей.
Наталья тут же начинала спорить, горячо доказывая, что грамотное лечение у терапевта нередко спасает человека от операционного стола.
— Ой… это мой дом, — с досадой сказала она, когда они остановились у подъезда. Ей показалось, что дорога закончилась слишком быстро.
— Пока, Чернышова.
— До завтра, Шульгин! И попробуй только проспать первую пару! — крикнула Наталья ему вслед.
Алексей, конечно, всё равно опоздал. Зато появился чисто выбритым, трезвым и собранным. Наталья несколько раз поймала на себе его мрачноватый взгляд. На лекции он вдруг сел рядом с ней. Когда в аудиторию вошла Юлия, Наталья придвинулась ближе к Алексею и негромко прошептала ему прямо в ухо:
— Внимание, Юлия. Улыбайся и изображай, будто флиртуешь со мной. Она смотрит сюда.
— Ладно.
Алексей слегка откинул голову, посмотрел на Наталью и кончиками пальцев будто бы снял с её щеки невидимую ресничку. Прикосновение вышло таким лёгким и внезапно нежным, что у девушки на мгновение перехватило дыхание, а сердце будто пропустило удар.
— Ресничка, — пояснил он и улыбнулся.
После лекции, выходя из аудитории, Алексей взял её за руку. Уже за дверью Наталья попыталась высвободиться, но он только крепче сжал пальцы.
— Играй до конца, Чернышова, — шепнул он, наклонившись к ней. Его дыхание обожгло ей щёку. — Юлия идёт следом. Какие планы? — уже громко спросил он, будто между ними всё было естественно.
— Пошли ко мне. Накормлю нормальным обедом, — не растерялась Наталья.
— Я вообще-то просто спросил, Чернышова, — пробормотал Алексей, когда они вышли на улицу.
— Не дрожи. Родители на работе.
Пока Наталья разогревала суп и макароны с сосисками, Алексей бродил по квартире, разглядывая полки, фотографии и плакаты.
— У вас тут неплохо. Уютно, — наконец сказал он. — Ты тоже Майкла Джексона слушаешь? Мне у него больше всего «Billie Jean» нравится.
— Прошёл ещё один день, а я всё такой же одинокий, — начала Наталья переводить строку.